Старажытная беларуская літаратура
Выдавец: Юнацтва
Памер: 350с.
Мінск 1990
Заисте бы непотреба сего слова мало важити. Повинни бы есмо и на оное слово памѣтати: аще слѣпец слѣпца водить — оба в яму въпадетася. Слышиш ли, възлюбленый мой брате, ижь тя сам господь остерегаеть, абы есь в яму не упал? Упадет всяк, кто ся слепому водити допущаеть. Чого жь для от таковых слепцов не бежим? Чому ся им водити допущаем? Смилуйся уже каждый над собою бога для. Въстани от сна, уже пора обачитися. Досить есмо вже спали, коли есмо за справою сил слепцов ни бога знали, ни о спасении своем на чим лежить вѣдали. Нехай то был час
177
гнѣва божиего за грѣхы предков наших, который ся за преданна, або лепей за сны и стареческие басни, взявши, слово божие были опустили. Мусило тако быти. Бо и святин апостоли о том прорекли и написали: Наболей Павел, сосуд изъбран Христов, тако к солуняном пишетъ: «Послеть,— рече,— бог дѣание льсти, вѣровати в лжу, да суд приимут вси невѣровавшии истиннѣ, но благоволиша неправду».
Розъсмотри, молю ты ся боголюбче, естли ся сиа речь святого апостола, мовлю, вышших часов не збыла? Апостол здѣ пишеть, яко бог мѣл послати дѣание льсти. Сиа лесть чиа быти мѣла? Хиба оного, который еще в рай родителей наших прельстил? А как же тогды прельстил; толко ижь Евву от божиего слова отвѣл? И иншим обычаем ему прельстити нельзя. Докуле бо человек держится слова божиа, дотуле заблудити не можеть, поневажь свѣчу, которою собе свѣтить, маеть. По оному слову свѣтилник ногам моим — закон твой, и свѣт стезям моим. Але естли тую свѣчу потѣряеть, мусить кождый заблукатися и, яко слѣпец, дорогы рукою щупати, яко и апостол повѣдаеть. Прото пророк рече: «аще не был господь Саваоф оставил нам сѣмени, яко Содом убо были быхом». Сѣменем слово божие называетъ. Тым ти обычаем диавол прельщаетъ. Вѣдаетъ бо, ижь скоро люди отступить слова божиего, уже все, што он схочеть, учинять. Для того и сих часов на тое был привел, ижь слова божиего учители не казали. Зачим всякие злы речи в церкви силу взяли? Лечь нынѣ бог милостивый, ужалившыся нас, открил нам грѣшным слово свое правдивое и что день значней откриваеть. Учителей ачьколвек зрѣдка вѣръных посылаеть. Прото годится и нам всѣм мѣтися к тому самым, абы есмо тое неизъреченное ласки вдячни были, слово божие обѣма, яко мовять, руками приняли, держали, по ему жили и иных к нему приводили. А ижь жатва многа, дѣлатель мало, того для аз недостоин, от святыя церкви служителей наменший, сию книжку от божественных писаний написах, абы вси слова божия и истины разумениа жаждущии мѣли, чого бы ся и сами учили и дѣток своих научали.
Знаю тое, ижь бы потреба сию науку достаточней выписати, але тако и час и приумение наше знесло. А ведь же напотом, естли будеть божиа воля, может ся ширей у дпугое управити. Наболей четвертая часть, се ест о святом крещении и о вечери сына божиего, помыслити можем опричную книжку выпустити. Ласка господа нашего Исус Христа с всими вѣрными. Аминь.
Писан у Клецку под лѣты въплощениа господа и спаса и бога нашого Исус Христа 1562, июниа 10 дня.
178
ФІЛОН КМІТАЧАРНАБЫЛЬСКІ
(1530—1587)
Л и с т 7
ДО ПАНОВ РАД ВЕЛИКОГО КНЯЖЕСТВА ЛИТОВСКОГО
Освецоные а ясневельможные милостивые панове рада Великого княжества Литовского, панове, панове мои милостивые!
Даю ведати в (ашей)1 п(анскей) в(ельможности), паном своим милостивым, тых часов, марца третегонадцать дня, в суботу, приехал до Орши з Олександровы Слободы служебник мещанина виленского Лукаша Мамонича* на имя Алексей, которому дня вчерашняго, в пятницу, две недели минуло, як з Олександровы Слободы выехал; а як з Москвы выехал, вчерашнего дня, в пятницу, марца второго, единадцатый день минул.
Тот Алексей о князю великом московском дал таковую справу, иж на тот час ест в Олександрове Слободе з обема сынми своими.
О справе его найпервей тое поведил, иж с черемисою и татары нагайскими перемирие взял, которые при бытности его князю великому и присяги чинили, и дары великие отнесли, и были честовани через колько дней великими достатки, на которых, де, честях и тот Алексей з иншими купцами тых панов е(го) к(о)р(олевской) м(и)л(ости), государя нашого милостивого, межи ними был. И вже, де, запевне князь великий при обех тых царствах — Казани и Астрахани преспечно зостал. И чинили, де, ему присягу не только о тые царства з ним покой заховать, але и противно каждого неприятеля его ему помотати. Яко ж, де, за певнее того там же тые купцы выведали, иж, де скоро о святках*, по всих границах панства его к(о)р(олевской) м(и)л(ости) Великого княжества Литовского войска татар нагайских и черемиские будут, где бы до часу того покой з ним зоставен не был.
1 У дужках падаюцца зробленыя даследчыкам літаратуры А. Ф. Коршунавым расшыфроўка тытулаў асоб, запаўненні пропускаў слоў, злучнікаў ці цэлых выразаў, без якіх губляецца сэнс сказа.
179
А к тому и о том, де, так слыхать, и сами, де, Москва некоторые, панствам тым жычливые, о том так говорать, где, де, в том року государ ваш з ним, государем нашим, дела якого делати не будет, на другой, де, год будет трудно до всего прийти.
К тому поведил тот Алексей тые новины, иж, де, при бытности их от дара перекопского был у великого князя посол, которого, де, приймовал у городку у Братошине, межи Александровую Слободою и Москвою, в посьродку по колкодесят верст.
И коли, де, того посла приймовать мели, сам, де, князь великий сел на местцу своем государском и вложил шлык на себе бараний, а ермяк сермяжный, а перед ними держали топор*. А сына, де, посадил подле себе в таком же убере.
И коли, де, посол перед него пришол, посельство справовал, в котором посельстве мовил от цара, абы ему давал с каждое головы людей своих по гривне, а Казань и Астрахань привротил, хотечи вечный мир сам через себе и на потомство свое з ним и ротомству его заховати. А если бы того всего князь великий учинити не хотел, он ему обецал от цара, иж в него будет гостем на лето*, а в поминку подал ему от цара нож голый*.
То пак, де, князь великий, гды выслухал посельства, отказал, де, тому послу тыми словы: «Цар, де, господар твой, просит мене о дань, ино, де, нечего дати — он мене всего сам ограбил, а то ты, посол его, видиш, в чом я тепер сежу и ничого не маю, а што маю, то посылаю».
Знялши, де, тот з себе бараний шлык, а з сына такий же другий, и тому послу дал.
«А што, де, мне упоминается о царства мои, тому, де, быти не мощно. А обещаетса, де, ко мне на лето быть гостем, я, де, его жду и браги*, де, дополна навару. А послал мне через тебе, посла своего, нож, а я ему посылаю топор»*. И с тым того посла (отправил).
И тот же Алексей поведил, иж если бы, де, его не зашло таковое от цара перекопского посольство, бралсе, де, вельми охотно до Москвы, а з Москвы готовано, де, ему стацею* аж до Якимова Починку. И што, де, которых людей, стрельцов потроше чесных, прислал был до Смоленска, ино, де, есми слышал тое, же и тых зась обернут до войска. Бо, де, вже заразом росказано, скоро по отправе того посла перекопского, всей земли готовится против татар на берег и на Оку реку. В(аши) п(анские) в (ельможности), панове мои милостивые, о всем том рачте ведеть.
180
С тым жычечй в(ашйм) п(анскйм) в (ельможностям), моим милостивым паном, в ласце божей при добром здровью фортунного панованя.
Писан у в Орши, месяца марца 13 дня, року 1574.
Л и с т 10
ДО ПАНОВ РАД ВЕЛИКОГО КНЯЖЕСТВА ЛИТОВСКОГО
Освецоные а ясневельможные, милостивые панове рада Великого княжества Литовского, панове а панове мои милостивые!
Тых часов, месяца апреля 11 дня, на самый Великдень, в обед здесе до Орши приехал посланец от воеводы смоленского, дворанин князя великого на име Иван Зверов, который дал мне листы зашытые за печатми самого князя великого.
Один лист писаный до е(го) м(ости) панов рад Коруны польское, а другий лист писаный до в(аших) п(анских) ве(ельможносте), панов рад В(еликого) княжества Литовского. Которые листы в целости, яко мне ест даны, до в(аших) п(анских) м(илостей) посылам и за то покорне прошу, абых от в(аших) м(илостей), панов моих милостивых, о то писание до себе мел, естли тые листы врыхле до в(аших) п(анских) м(илостей) дойдут. Бо тот посланец воеводы смоленьского коло того пильное всказание до мене мел и просьбу чинил, иж бых тых листов не омешкал (послать), днем и ночью до в(аших) п(анских) м(илостей) поспешить.
Только то и сами в(аши) п(анские) в(ельможности) ведать рачыте, иж мне, слузе в(аших) м(илостей) пограничному, о посылки таковые трудно для того, иж на страву давать не маю чого. И яко велекроть о то до в(аших) п(анских) м(илостей) пишу, оповедаючи и чолом биючы, и просечы, абых поратоване на то, которое з скарбу е(го) к(о)р(олевской) м(илости) мел.
В(аши) м(илости), панове мои милостивые, не только мене, слуги в(аших) м(илостей), в недостатку моим ратовать в том, але и отпису жадного до мене, служебника в(аших) п(анских) м(илостей), чинить не рачыте.
А прото ж нехай то будет при воли государскей и в(аших) м(илостей), нехай се моим недостатком — чого, боже, не дай! — Речи Посполитой потреба не затрудни, а мене,
181
слуги в(аших) м(илостей), вже больш ку знищеню не приводи.
Я вже, слуга в(аших) м(илостей), мам за свое. Нехай же тое Оршы иншы хто з товарыства моего, слуг в(аших) м(илостей), скоштуе. И теперь на тое выслане, абы не была ласка служебника е(го) м(илости) пана подскарбего, пана Головни, и тых листов до в(аших) п(анских) м(илостей) не имел бых чым выслать. Аж пан Головня, видечи так пильную потребу, тому посланцу на страву дал, а я не маю за што и хлеба купить; з голоду з слугами и з шкапами здыхам.
А о князю великом тот посланец, дворанин его, дает справу, иж, де, ест на тот час на Москве. А его, де, с тыми листы, едучы ему на службу з Смоленска против татар на Оку реку, посланец князь великого в дорозе поткал и з дороги е(го) здесе до Оршы звернул.
Яко ж сего ж дня, на Великдень, рано перед обедом, слуга каштелин (кашталянаў) з другим товарыщом своим, влохом Антонием, которые просто з Александровы Слободы од князя великого с товары своими выехали, были (у мене) и дали ми тую справу, иж, де, ест (князь великий) у великой непреспечности от татар, и весь люд свой зе всих украин и зе всих городов обернул против татар на берег. А сам, де, Великдень мел прыймовать на Москве.
КНІГІ ОНЛАЙН
