Запiсы таварыства аматараў беларускай гiсторыi iмя Вацлава Ластоўскага.
Выпуск 2
Памер: 200с.
Мінск 2013
Так скромнинька и пайдеть ина ат яго, як пришла. Так ета и вялось у их...
Раз Пятрок пассажирку (пассажирский поезд) на чугунки астанувау. Ти чули вы ета?! Пьяный яшакубитца: — Застанаулю и застанаулю!
И, дяйствительна: пассажирка — цупь! — и стала. Потэм ион из горыда, куда яго связли, пиряезда со два мясиу па грязи...».
Удивительно, но еще недавно деревни запада Смоленщины говорили именно так, как передал И. Орловский.
А вот иной взгляд на белорусов, выраженный другим автором:
«...Стоявшие на рубеже двух враждебных держав, обитатели Смоленской области много терпели от бедствий войны. Переходя то к Руси, то к Польше, смоляне и по положению своему и по исторической судьбе, невольно принимали к русским элементам начала соседних народов. И не тому в нынешних обитателях Смоленской губернии мы замечаем двойственность характеров. Жители уездов, отделенных от Польши, Юхновского, Гжатского, Сычевского, Бельского и (отчасти) Вяземского носят черты характера Великорусов. Они деятельны, бодры, свежи, дородны, зажиточны и опрятны. Сметливость, деятельность, заботливость об участии своего хозяйства, изворотливость при отыскании средств к жизни — отличительные черты жителей этих уездов.
В прочих уездах преобладает белорусский элемент. Жители тех уездов — малорослы, мешковаты; хозяйство их скудно; одежда неопрятна. В некоторых местах, особенно соседственных с Белоруссией, иные крестьяне не имеют и полов в доме, и многие питаются хлебом из невеяной ржи. Язык их не чисто великорусский, а какаято смесь с белорусским и польским. Резкая твердость языка польского и полнозвучие речи русской сливаются, и, перемешиваясь между собой, образуют какойто особенный, для непривычного уха говор. В Смоленском говоре встречаются и слова чисто польские, и звуки малороссийские, и особенности произношения белорусского и речь великорусская с неправильными ударениями и словоизменениями.
Настоящее мужское крестьянское платье жителей Смоленского и других уездов, смежных с Белоруссией: кафтан белого сукна и валяный также белый суконный колпак в виде усеченного конуса; а женское платье: белая наместка 27
ЧАСТЬ I
или платок; шнуровка без рукавов, андарак (юбка, по которому подпоясываются кушаком...»
Это выдержка из работы П. Шестакова «География Смоленской губернии» издания 1857 года. Как видим, отношение Шестакова и Орловского к истории западной части Смоленщины существенно различается. Возможно, это связано с трансформацией общественного мнения — ведь между написанием их работ прошло 50 лет. Может быть, в работах выражено субъективное отношение авторов к белорусскому населению Смоленской губернии.
Источники
1. Карский Е.Ф. Этнографическая карта белорусского племени, составленная в 1903 году.
2. Любавский М.К. Очерк истории ЛитовскоРусского государства до Люблинской унии включительно. /Изд. 2е./ Москва, 1915.
3. Орловский И. Краткая география Смоленской губернии. Издание Смоленского Статистического комитета. Смоленск, 1907.
4. Силинич И., Анучин Д., Семенов П. Цикл лекций прочитанных в Московском университете в 1918 году по курсу Белорусской истории.
5. Смоленская старина. Выпуск третий. Часть I. /Под ред. Н. Редькова/. Издание Смоленской архивной комиссии. Смоленск, 1914.
6. Соловьев Я. Сельскохозяйственная статистика Смоленской губернии. Москва, 1855.
7. Список населенных мест. Смоленская губерния. Издание Центрального Статистического комитета МВД по состоянию на 1859г. СПБ., 1863.
8. Тройницкий Н. Данные переписи Российской империи 1897 года. Смоленская губерния. Москва, 1904.
9. Шестаков П. География Смоленской губернии. Москва, 1857.
10. Энгельгардт А. Письма из деревни. Москва: «Алгоритм», 2010.
Коротко об авторе
Святослав Савельевич Кочаненков родился в деревне Гвоздевицы Касплянского раёна Смоленской области в январе 1947 года в семье сельского учителя.
Учился в Гвоздзевицкой начальной школе. Окончил Зарубинскую семилетнюю школу. С 1963 по 1967 год работал на Грозненском нефтехимическом комбинате. С 1967 по 1969 год служил в армии. С 1970 по 1975 год учился в СевероОсетинском госуниверситете и Свердловском юридическом институте. С 1978 па 1999 год работал адвокатом в Сургутской юридической консультации Тюменской области ХантыМансийского автономного округа. Пенсионер.
Автор цикла работ «Очерки по истории родных мест. Жизнь смоленской деревни», которые можно найти и «скачать» на сайте автора. В настояшее время работает над вопросом беларуских диалектов западной Смоленщины.
28
КАК РУССКИЕ ПРИСВОИЛИ СМОЛЕНЩИНУ Вадим Деружинский
Центральный статистический комитет МВД царской России в 1859 году проводил сбор сведений в Смоленской губернии. Результаты были опубликованы в 1868 году в СанктПетербурге министерством внутренних дел империи.
Согласно им, большинство населения Смоленской губернии составляли белорусы: 537.149 человек — против 487.930 великороссов. Причем сам Смоленск и западные уезды губернии были чисто белорусскими. Например, в Смоленске и в Смоленском уезде проживало 82.636 белорусов (90,48 % жителей) по сравнению с 7611 великороссов (8,33 %) и 1077 (1,19 %) представителей других национальностей.
Об этом факте нет ни слова ни в советских изданиях, ни в нынешних российских, а статья на сайте «Википедия» сообщает, что ныне население Смоленской области на 93,4 % состоит русских и только на 1,55 % из белорусов.
Даже если без ссылок на демографический рост взять просто цифры — 16.230 белорусов нынешней Смоленщины, то уже возникает вопрос: а куда делись те 537.149 белорусов, которые населяли ее в 1859 году?
Ответ на эту загадку дает третья графа в данных 1859 года. А именно: первая графа — «Великороссияне» (487.930 человек), вторая графа — «Белорусы» (537.149 человек), а третья графа — «Смесь Великороссиян и Белорусов» (121.407 человек).
Зачем понадобилось выделять 121.407 человек в какуюто «смесь»? Такое разделение нигде больше не использовалось, оно не соответствует научному принципу. Но, оказывается, наука здесь не при чем. Власти царской России повсюду записывали при каждом удобном случае белорусов и украинцев в «этнос великороссиян». В комментариях к данным чиновники объяснили:
«В этнографическом отношении Смоленская губерния может быть разделена на две неравные части: восточную, с населением великорусского племени и западную, заселенную белорусами. Границу их раздела можно представить полосою, идущей от границы Псковской губернии через западную часть Бельского уезда, восточные части Пореченского и Духовищенского уездов, западную Вяземского, северовосточную и восточную Дорогобужского, югозападную Ельницкого, так что великорусское племя занимает уезды: Гжатский, Сычевский, большую часть Бельского и почти весь Вяземский и Юхновский...
Население же граничной полосы носит на себе характер переходный от белорусского племени к великорусскому. Место смешанного населения обеих племен нельзя впрочем, говоря вообще, ограничивать только означенною граничною полосою; более или менее резкие оттенки того и другого племени проявляются на гораздо большем пространстве. Рассматривая в этнографическом отношении например Красинский уезд, как наиболее типический для Смоленской губернии по белорусскому характеру населения, нельзя не заметить, что 29
ЧАСТЬ I
и в нем обнаруживаются, хотя и в незначительной степени, некоторые черты этнографической характеристики великорусского племени».
Как видим, цель четко обозначена:
«Население же граничной полосы носит на себе ХАРАКТЕР ПЕРЕХОДНЫЙ ОТ БЕЛОРУССКОГО ПЛЕМЕНИ К ВЕЛИКОРУССКОМУ».
То есть, оно ассимилируется, и эта ассимиляция не только приветствуется, но является частью планомерной политики, так как даже в Красинском уезде «типическом по белорусскому характеру» уже заранее выискиваются хотя бы незначительные «черты этнографической характеристики великорусского племени» — чтобы и этих жителей затем записать из «племени белорусов» в «племя великороссиян».
Результаты такой политики налицо — только 1,55 % жителей современной Смоленской области считает себя белорусами, остальные давно записаны в «великорусское племя». Вот яркий пример империалистической политики и «старой», и «новой» России: недостаточно ЗАХВАТИТЬ земли соседа, надо обязательно ПРЕВРАТИТЬ его народ в «великороссов». А само это «великорусское племя», как установили еще дореволюционные российские же ученые, это славянизированные финноугры. Таким образом, оно, это «племя» принципиально отличается от «белорусского племени», славянизированных балтов (кривичей).
* * *
И во время существования ВНР (март — ноябрь 1918 г.), и во время создания БССР (январь — февраль 1919 г.) неотъемлемой частью Беларуси декларировалась Смоленская губерния. Однако такие декларации стали смешными на фоне того факта, что власти РСФСР отобрали себе всю беларуские земли восточнее Минской губернии (Ленин поначалу включил в состав РСФСР вообще всю Беларусь).
С огромным трудом руководству БССР уже после создания СССР удалось уговорить Москву вернуть (в 1924 и 1926 гг.) Могилевскую губернию и часть Витебской губернии (половину ее российские большевики так и не вернули). Они много раз требовали возвращения Смоленской губернии, второй половины Витебской, ряда уездов других губерний. Москва пару раз соглашалась вернуть, но тут же отказывалась от такого решения.
Вопрос о белорусской Смоленщине нельзя рассматривать отдельно от факта захвата РСФСР трех других наших областей — Могилевской, Гомельской и Витебской, где большевистские власти с самого начала (т.е. с 1919 года) вели активную политику в духе белорусофобии, насильно превращая жителей этих областей в «этнических русских». Например, там были закрыты все белорусские школы и периодические издания, а населению вбивали в головы, что они не белорусы, а русские. О преемственности политики царизма по ассимиляции белорусов в РСФСР советские, а ныне российские историки предпочитали и предпочитают не говорить.
Не изменилась ситуация в эпоху «хрущевской оттепели». В январе 1959 года на встрече с представителями интеллигенции в Минске первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущев заявил «белорусскому племени»:
КНІГІ ОНЛАЙН
