Наш радавод. Кніга 6
Памер: 148с.
Ліда 1994
Франдішак Скарына не асуджаў войны ўвогуле. Як і правіпеляў („О парех добрых н о злых”), ён падзяляў іх на „законныя” і „неза-к’онныя”, справядлівыя і несправядлівыя. Першыя з іх вядуцца дзеля абароны айчыны ад чужаземных захопнікаў, вызвалення з няволі. І тут, у справядлівай вайне, прыдатныя ўсе сродкі. Скарына ўхваляе ўчынак Юдзіф, якая „для высвобоженмя отчмзны, взор на собе мужем даючн, не люіовала ест жнвота своего” (66). Такім жа подзвігам лічапйа ўчынкі царьшы Эсфір, што выбавіла „от побнтнй” сваіх суайчыннікаў. На баку праведнікаў звычайна нябесныя сілы, прьтрода. Гедэону, напрыклад, „дал ест Бог знамя на руне волняне, н пораэнл сс тремпсты мужмн сто тысвіцей н двадйеть тысешей вонн меднамлян н амалехнтян” (113). Калі Ісус Навін пачаў абара-нядйа ад Амалеха, „солнпе стало ест на еднном месте так долго, якобы за делых два днн, н не двнгалося с него, дондеже побнл вснх врагов свонх” (52). Усведамленне таго, што на іх баку праўда, пам-нажае сілы біблейскіх персанажаў: „двана-десятый судья” Самсон ,едмною шекою ословою тысеіцу мужей фнлнстымскнх убнл’І (115). Ухваляючы такія патрыятычныя ўчынкі. такую мужнасйь у абароне радзімы, Скарына, безумоўна, даваў добры прыклад жыхарам кня-ства якім тады трэба было адбівадь татарскія набегі.
Зусім інакш ставіўся беларускі гуманіст да войнаў несправядлі-вых, захопніцкіх - яны супярэчадь пісанаму і няпісанаму праву.
7
маральна-этычным нормам. У прадмове да „Кннжкн плачу Ере-мннна” дадзена рэзка адмоўная айэнка дзеянняў вавілонскага uapa Навухаланосара, які, узяўшы Іерусалім, па-варварску разраба-ваў храм Саламона, узяў у палон „людей словутных”, пасля чаго пачалося „опустенне н скаженне града” (110). Плач Ераміі і на руі-нах Іерусаліма гучаў у часы Скарыны (і гучьшь сёння) як страсны пратэст супрадь разбуральных вынікаў вайны, якая не пакідае пасля сябе „каменя на каменн” (111).
У пашырэнні міралюбства Францішак Скарына ўскладваў вялі-кія надзеі на веды і мастайтва. Паэтычнае слова, музыка, на яго Думку, змякчаюйь „жестокое сердйе”, робяць „душу н смыслы” больш высакароднымі, узмайняюйь у чалавеку духоўны пачатак і тым самым „людей в прнязнь зводять” (10). Ьзларускі першадру-кар горача рэкамендуе чытачам псалмы Лавіда, таму што яны „гнев н ярость усмнряють, мнр н покой чннять” (10). Скарыне была ўласйіва рэнесансная вера ў мастадтва як фактар збліжэння і ўзаемаразумення людзей і народаў.
Такому ж мірнаму сужыййю народаў і дзяржаў служыла прак-тычная дзейнаспь Скарыны. Карыстаючыся ўсходнімі (рукапісны-мі) і заходнімі (друкаванымі) ўзорамі, перакладаючы і выдаючы адну з самых універсальных кніг чалавейтва, ён нібы перакідваў мост паміж краінамі Ўсходняй і Заходняй Еўропы, паміж Руссю Літоўскай і Руссю Маскоўскай, ахопленымі тады ўзаемнай варо-жасцю. Справа Скарыны збліжала ўсходнеславянскія народы, усю „братню своей Русн”, узмайняла ў яе пачуййё кроўнага адзінства. А гэта, у сваю чаргу, вяло (няхай больш у патэнйыі) да змяншэння напружанаспі, узмайнення даверу паміж „Масквой” і „Літвой”.
Скарынаўскае сйвярджэнне міру як нармальнага стану грамад-ства сфармавалася і развілося пад уплывам некалькіх дзейсных фактараў. Найперш гэта народная мараль, мясйовае звычаёвае праправа, традыцыі старажытнарускага пісьменства. Затым -раннехрысйіянскае вучэнне з яго заклікамі да міру, любві і міласйі-' васйі, ідэі Фамы Аквінскага, які стварыў „тэорыю справядлівых войнаў”⁴. Урэшйе - рэнесансны гуманізм. Многія палажэнні Ска-рыны генетычна і тыпалагічна блізкія да палажэнняў тагачасных заходнееўрапейскіх мыслійеляў — найперш Эразма Ратэрдамскага і Томаса Мора. Першы з іх нястомна заклікаў народы да міру, спрабаваў прымірьшь варожыя еўрапейскія краіны. У „Пахвале Лу-pacui” (1511) і „Скарзе Міру, адусюль выгнанага і ўсюды раструшча-нага” Q517) Эразм Ратэрдамскі ўсю адказнасйь за жахі і разбурэнні вайны ўскладваў, як і беларускі гуманіст, на дрэнных і неразумных правіцеляў, што, па сутнасйі, з’яўляюпна „падонкамі грамадст-ва’’⁵. Сугучнае асуджэнне „злачыннай справы - вайны” мы знахо-дзім у сучасніка Скарыны Міколы Гусоўскага®, у іх паслядоўніка, асветніка-друкара Сымона Буднага, які параўноваў чужаземнае 8
захопнідтва з разбоем.⁷.
3 прадмоў* вялікага палачаніна нарадзілася антываенная гума-ністычная традыцыя, што развівалася на працягу стагоддзяў і асабліва выявілася ў нашы дні.
1 Полное собранне русскнх летопнсей: Летопясн белорусскне н лнтовскне. М„ 1980.T. 35. С. 128.
2 Скарына Ф. Прадмовы і пасляслоўі. Мн„ 1969. С. 20. Далей спасылкі на гэта выданне даюцца ў дужках непасрэдна ў тэксце.
³ Пнчета В. Н. Белоруссня н Лнтва ХУ-ХУІ вв. М., 1961. С. 670.
⁴ Гл. Tazbir J. Mysi polska w nowozytnej kulturze europejskiej. Warszawa, 1986. S. 13. .
⁵ Эразм Роттердамскнй. Похвала Глупостм. М„ 1983. С. 80.
⁶ Гусоўскі М. Песня пра зубра. Мн., 1980. С. 80.
⁷ Мз нсторнн фнлософской н обшественно-полнтвческой мыслн Белорусснн. Мн.. 1962.С. 53.
Лмтературное творчество Францмска Скорнны м традмцмн европейского Ренессанса
Ю. А. Лабынцев
г. Москва.
Нмя доктора Франйнска Скорнны „нз славного града Полойка” становнтся нзвестным все более шнрокому кругу людей во всем мнре.
В своем „Пред-ьсловнм в кнмгу Нов” Скорнна пнсал: „Н всяко-му человеку потребна честн, понеже есть зердало жнтня нашего, Лекарство душевное. Потеха всем смутным нанболей тым онн же суть в бедах н в немоіцах положены. Надежа нстннная востання нз мертвых н вечного жнвота”.
В этой непростой для поннмання современного чнтателя фразе - тысячелетннй опыт человечества, указанне путн к осмыс-леняюю нашего бытня, обіцечеловечской его сутя, той самой Вечной Нстнны, понскам которой в разные времена н у разлмчных народов былм отданы жнзнн лучшнх фнлософов, пнсателей, музы-кантов, художннков, релнгмозных деятелей.
Когда просматрнваешь все то, что время сохраннло для нас нз обшнрного лнтературного наследня Франймска Скорнны, вндншь, сколь еоде долго н непросто будет оно входмть в круг нашего чтення, нбо нам сложно понять скорннннское время, его сймволн-
9
ку н язык. Чтенне скорнннкс.<нх кннг — большой труд, труд фнло-софскнй н эстетнческнй.
Франднск Скорнна - пнсатель-фнлософ, пнсатель-гуманнст, выступнвшнй перед свонм народом с яркнмн патрнотнческнмн воззваннямп, н одновременю глубокнй пснхолог, лнрнк, сумев-шнй рассказать людям о велнчайшнх тайнах мнра.
ГІаряду co многнмн кннгамн, в том чнсле нм самнм напясан-нымн, Скормна нздал в своем переводе значнтельную часть Бнб-лмм. Она стала первой печатной Бнблней у восточно- н южносла-вянскнх народов н вышла в свет почтн за полстолетня до появле-ння польскнх печатных Бмблнй.
Её нздатель начннал свою деятельность одновременно с ре-форматором немейкого духа, языКа н лнтературы - Мартмном Лютером. йх деяння сопоставнмы, но нзвестность совершенно несравнвма. Франпнска Скорнну знают куда меньше, а он ведь порой даже опережал свонх велнкнх современннков; Мартнна Лютера. Эразма Роттердамского, многнх другнх.
Франннск Скорнна вс многом оказывается первым не только в культурах восточных славян; белорусов, русскмх, украннпев, но н вс всей Восточной н Южной Европе. Он открыл н возглэвпл йелое кулыурное направленне.
Любой народ, любая напня, всё человечество не могут жнть вне культуры, вне* определенной прнродной, матернальюй н духовной среды. Кулыура сейчас понммается как несомненное условне самой жнзн^ возможностн нашего суціествовання.
Уднвятельно, что нменно так рассуждал полтысячн лёт нэзад н Франннск Скорнна. В 1519 г. он пнсал; „Понеже от прнроження Зверн ходяодне в пустынн знают ямы своя. Птмйы летаюіцне пс воз-ьдуху, ведают гнезда свся. Рмбы плываюшне по морю w в реках чуют внры своя. Пчелы м тым подобная бсронят ульев свонх. Також н люлн нгде зроднлнся н ускормле.ны суіь по бсзе к тому месту велмкую ласку нмают ’.
Задолго до гення мнровой лнтературы Л. Н, Толстого Франйнск скорнна довернл бумаге такне сокровенкые, выстраданные свом мыслн, чнтаюіцнеся теперь как некая абсолюіная законченная формула духовного развнтня человека: „Есть нанвышшая муд-рссть розмьішленне смертн н познанме самого себе”; „Нанболей любовь ко вснм да соблудает, еже есть совершена над все нные даровання, без нея же ннчто проспешно есть”.
Срёдством, ннструментом пропаганды этон земной в<-?ч злове ческой любвн гуманмст Скорнна нзбрал печатную кнкгу, цоступ ную его братьям на Русм благодаря хорошо понятному, блнзкому к народному языку н значнтельным тнражам.
„Да совершен будет человек” - вслед за авторктетамн древ ностн восклнцал Францнск Скорнна. Он стремнлся сделать все, 10
чтобы его народ на родном языке мог постнчь сокровенную муд рость человечества.
Как выдаюіцнйся европеец-гуманнст Скорнна страстно жела.і послужнть обшему делу духовного возрождення человека, его внутреннему совершенствованню.
Этому н' посвяшены кннгн велнкого белоруса, воспрнннмаю-шнеся сейчас как самая дорогая нацнональная реляквмя, как духовное сокровніце, - нацнональная святыня, как снмвол всей тысячелетней белорусской культуры. Поражает то, что по своему чнслу кннгн белорусского просветнтеля составляют 2Л. всех мзданнй кнрнллнцей в мнре за ХУ - первую четверть ХУ1 в. н более половнны подобных нзданнй, еслм мметь в внду ХУ н всю первую половнну ХУІ столетня.
Скорнна поместнл в напечатанных нм бпблейскнх кннгах даже свой портрет, тем самым как бы утверждая собственную мнднвндуальность, свою лнчность, свое авторство, несомненную прнчастность к тем глубннным гуманнстнческнм двнженням ев-ропейского Ренессанса, которые оформнлнсь в его эпоху в внде „хрнстнанского гуманнзма" Эразма Роттердамского м Гомаса Мора.
Бнблня глубоко снмволнчна н потому сложна для воспрнятня, её необходнмо не просто чнтать, а нзучать, только тогда й начнет открываться нстннный смысл в ней напнсанного. Францнск Скорн на, вслед за Грнгормем Велмкнм, счнтал, что она „под простымн словы замыкает тайну”.
Такое понпманне лежнт в основе средневековых н ренессанс-ных ученмй о сямволе. Данте Алнгьерн, напрнмер, пнсал. „...надо знать, что пнсання могут быть поняты н должны с велнчайшнм напряженнем толковаться в четырех смыслах. Первый называется буквальным, н это смысл, который не простнрается дальше бук-вального значення вымышленных слов, - таковы баснн поэтов. Второй называется аллегорнческнм, он тантся под покровом этнх басен н является нстнной, скрытой под прекрасной ложью... Тре-тнй смысл называется моральным, н это смысл, который чнтателн должны вннмательно отыскать в пнсанмях на пользу себе н свонм ученнкам. Такой смысл может быть открыт в Евангелнн... іет-вертый смысл называется анаготнческмм, то есть сверхсмыслом нлн духовным об ьясненнем пнсання; он остается нстннным также в буквальном смысле н через веіцн означенные выражает вешн нанвысшне, прнчастные вечной славе”.
КНІГІ ОНЛАЙН
