• Газеты, часопісы і г.д.
  • Палітычныя рэпрэсіі на Беларусі ў XX стагоддзі Матэрыялы канферэнцыі

    Палітычныя рэпрэсіі на Беларусі ў XX стагоддзі

    Матэрыялы канферэнцыі

    Памер: 278с.
    Мінск 1998
    75.92 МБ
    Для обеспечения своей жизнедеятельности, выполнения своих уставных обязанностей, будучи общественной, неправительственной организаций, Ассоциация сталкивается с неимоверными трудностями и проблемами, главные из которых материальные, финансовые. Мы, конечно, отдаем себе отчет, что ждать от правительства финансовой помощи в силу изложенных выше причин, а также тяжелейшего
    Палітычныя рэпрэсіі на Беларусі ў XX стагоддзі. экономического положения государства не приходится. Пожертвования госпредприятий и коммерческих структур, задавленных налогами, также становятся нереальны. Для многих молодых коммерсантов вообще мало знакомо такое явление, как политические репрессии. В этой ситуации мы не только не можем по-настоящему развернуть свою работу, но под вопросом оказалась возможность содержания офиса, фактически дальнейшего нашего существования как организации. Поэтому кардинальным выходом из создавшегося положения может быть только создание при Ассоциации своего коммерческого структурного подразделения, хотя и это начинание в наше время проблематично, как показали первые шаги в этом направлении.
    Реально сложившаяся чрезвычайно трудная обстановка вызывает у части членов Ассоциации пессимизм, безысходность и страх. Это чувство подогревается еще и тем, что некоторые члены даже из руководства Ассоциации вопреки уставу и просто своему святому долгу советуют “лечь на дно”, переждать несколько лет политического кризиса в стране (и это при таком возрастном составе), ничем не проявлять себя. При этом опасность для членов Ассоциации и организации в целом ими сознательно или несознательно явно преувеличиваются. Они всячески сдерживают активность и инициативы других членов, привешивая им всякие “ярлыки”.
    Создается впечатление, что кому-то выгодно парализовать организацию изнутри. В этом предстоящему съезду предстоит разобраться. БАЖПР не может пойти на поводу этих людей, ибо слишком ответственна и благородна историческая миссия, выпавшая на долю организации, слишком печальна участь более 10000 реабилитированных жертв, обездоленных, престарелых членов нашего общества, ожидающих от государства справедливого признания и материального облегчения.
    С другой стороны, нельзя также не отметить и противоположную крайность. Есть представители явно экстремистского толка, призывающие сомкнуться с оппозиционными политическими партиями в борьбе за свои права.
    Мы твердо убеждены, что крайние политические методы отстаивания своих прав, как советуют нам “горячие головы”: пикетирование, шествия, голодовки и прочие акции, для наших старых, больных людей с загубленной судьбой и сломанной волей не лучший способ.
    Нашими методами в достижении целей, стоящих перед Ассоциацией (они четко сформулированы в Уставе) является апелляция 220
    Н.Илькевич. Совместное использование в научных целях... .
    к высшим органам управления государством, убеждение, настойчивость, наконец, требование обратить внимание на нас —наиболее униженную, обездоленную часть общества. При этом должны использоваться любые законные каналы: непосредственная переписка, выступления в средствах массовой информации, официальные обращения и пр. Естественно это путь трудный, кропотливый, длительный. Так, к сожалению, нам не удается пока вернуть установленные законом для репрессированных льготы, потерянные в 1996 г. (коммунальные услуги, проезд и др.), несмотря на длительную, изнуряющую переписку с госорганами и министерствами. В ответах чиновников отсутствует логика, сплошь путаница и противоречия, нет ясности в вопросе верховенства законов и указов, ссылки друг на друга и пр. Стиль писем чисто бюрократический, в духе старых времен.
    Трудно решаются в Ассоциации ряд и внутриорганизационных вопросов. Не во всех еще областных центрах республики созданы отде­ления Ассоциации, нерегулярны заседания правления и рады, из-за проблемы сбора членов (отсутствие командировочных), недостаток способных, акгивных людей для выдвижения в руководящие органы, ослаблено руководство нижестоящими организациями со стороны вышестоящих.
    Ассоциация стоит на пороге своего 5-го съезда, на котором будут детально рассмотрены состояние дел в организации, приняты стратегия и тактика, планы работ, серьезно обновлены будут' центральные руководящие органы управления (правление, рада).
    Н. ИЛЬКЕВИЧ (Смоленск, Россия) СОВМЕСТНОЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ В НАУЧНЫХ ЦЕЛЯХ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ СНЯТОГО ФОНДА ОПЕРАТИВНЫХ АРХИВОВ ТЕРРИТОРИАЛЬНЫХ ОРГАНОВ ФЕДЕРАЛЬНОЙ СЛУЖБЫ БЕЗОПАСНОСТИ РОССИИ
    Я постараюсь рассказать о путях решения одной сложной проблемы, с которой непременно сталкивается исследователь, занимающийся изучением судеб белорусских интеллигентов, репрессированных в ленинско-сталинские годы правления советской страной. Конкретно речь пойдет о 1918—1939гг. При этом и остановлюсь на вопросах поиска документальных свидетельств об уроженцах и жителях Беларуси, репрессированных на территории нынешней России.
    Возможно, и это вполне естественно, найдутся люди сомнева­ющиеся или, скажем, равнодушные, которые сочтут поднимаемую в
    Палітычныя рэпрэсіі на Беларусі ў XX стагоддзі	. моем выступлении тему малоактуальной или несвоевременной, немасштабной. Как человек, связанный своей судьбой с Беларусью, я так же, как и вы, неравнодушен и к проблемам поиска, изучения, воз­вращения, научного использовании отечественных реликвий, будь-то украденные ценности из Государственной галереи БССР, Белорусского государственного исторического музея, Минского исторического музея, виленского Белорусского музея имени Ивана Луцкевича, Моги­левского областного государетвенного музея: вывезенные или бесследно исчезнувшие книги и рукописи Полоцкой Софии, библиотеки Хрептовичей, коллекций Ромуальда Земкевича и Кастуся Езовитова; бесценные сокровища, собранные не одним поколением Радзивилов в Несвижском замке, частные коллекции семей Цехановецких (Витебская губерния), Гу пен-Чапских и многие другие государственные и частные собрания.
    Вместе с тем, на мой взгляд, настало время обсудить вопрос широ­кого использования архивов ВЧК, ГПУ, ОГНУ и IІКВД, в данный момент почти полностью рассекреченных на основании Указа Прези-дента РФ “О снятии ограничительных грифов с законодательных и иных актов, служивших основанием для массовых репрессий и посягательств на права человека” от 23 июня 1992 года, и других нормативных актов. Однако эти архивы, хоть и рассекреченные, не переданы в Госархивослужбу России для свободного доступа к ним ученых и находятся по этой причине на ведомственном хранении в территориальных структурах Федеральной службы безопасности РФ.
    Проблема архивов государственной безопасности уже поднималась пять лет назад, 29 апреля 1992 г. Александром Михальченко на пленуме правления Белорусского фонда культуры при обсуждении вопросов возвращения белорусских национальных ценностей, находящихся за пределами республики. Тогда оратор сказал, что Республика Беларусь должна предъявить права на документы, сосредоточенные в архивах государственной безопасности, так как в них “идет речь про наших людей, которых судьба выкинула за пределы Беларуси”1.
    По моему глубокому убеждению, речь может идти, как я уже сказал выше, только о совместном использовании снятых, то есть рассекреченных фондов архивов госбезопасности, а конкретно — о прекращенных производством уголовных делах на реабили-тированных граждан — уроженцев и жителей Беларуси, а также связанных с ней судьбами. Законодательная база РФ (подробно этот вопрос в выступлении не рассматривается) позволяет иметь доступ к уголовным
    Н.Илькевич. Совместное использование в научных целях... . делам на репрессированных граждан. Разрешение на работу с документами, уголовными делами и изучение этих архивных материалов в научных целях может осуществляться на основании статьи II Закона РСФСР “О реабилитации жертв политических репрессий” от 18 октября 1991 г., в которой записано, что “ознаком-ление других лице указанными материалами производится в порядке, установленном для ознакомления с материалами государственных архивов”, а также и на основании пункта 12 Закона РФ “О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР “О реабилитации жертв политических репрессий” от 3 сентября 1993 г. (№ 698-1).
    Огромную, я бы сказал, самую большую и неоценимую помощь белорусским исследователям может оказать в решении этой задачи Комитет государственной безопасности РБ. Согласно Протоколу № 1 к Соглашению о сотрудничестве и взаимодействии между Министерством безопасности РФ и КГБ РБ от 13 мая 1992 г. КГБ РБ наделен правом (пункт “а” и “б” статьи 1) ознакомления с докумен-тальными материалами, имеющимися в распоряжении их коллег в России, получения копий с документов или информации по их содержанию, розыска материалов, связанных с репрессиями и реа-билитацией граждан.
    Подробный порядок взаимодействия между КГБ РБ и ФСБ РФ по этому вопросу изложен в соответствующих статьях Протокола № 17 от 21 января 1997 г. к вышеуказанному соглашению. Протокол является весьма прогрессивным шагом вперед и предусматривает возможность реабилитированным лицам или, в случае их смерти, близким родственникам ознакомления через КГБ РБ с материалами следственных дел, хранящихся в архивах ФСБ России, изъятия из дел и возвращения их владельцам переписки, фотографий, рукописей и других документов личного характера, снятия копий с материалов дел, получения биографических и иных справок. Не упущен из виду и вопрос подготовки к опубликованию исторических исследований в отношении видных государственных деятелей, представителей науки, культуры, служителей культа, а также событий, отражающих этапы исторического развития государств, порядок ознакомления и оценки соответствующих документальных материалов, хранящихся в оперативных архивах.
    И я совершенно точно знаю, что КГБ РБ пусть и эпизодически, от случая к случаю, по мере возникновения необходимости, но проводит такую работу.
    Что касается архивных структур ФСБ России, то тут любой исследователь или любая общественная организация, обратившиеся в 223
    	Палітычныя рэпрэсіі на Беларусі ў XX стаголлзі	. областные или республиканские территориальные органы безопасно­сти или Центральный архив ФСБ России, найдут полное понимание. Я бы даже сказал так: режим наибольшего благоприятствования. Я в этом абсолютно уверен.