Старажытная беларуская літаратура
Выдавец: Юнацтва
Памер: 350с.
Мінск 1990
219
До того ся сполне его кр(о)л(евской) м(и)л(ости) так, якосмы повинны, зо всих сил наших приложити, што колвек будет доброго и сполного отчизне належало. В тот час до домов наших спокойне, жадных сходок болшей не чинечи, розедемъся и на сейми, даст ли пан бог, пришлым, если на нем будем, без войск и приймованя людей над звычай, яко до упокойных рад* становимысе у во всих справах Речи Посполитое зычливе и верне его кр(о)л(евской) милости радити будем. На што тое все писмом нашим даем, еднак руками нашими подписаные и печатми нашыми запечатованые.
Деялосе у Янове у в обозе под Ядловцем октобра первого по старому, по новому десятого, року 1606.
Року 1600. Панове волынские, панове литовские, также козаки запорозкие, змовившися и знявшися вси вкупе, волохи отгамовали, войска Могилево побили, армату отняли*. Воевода мултянский* втек и з Мигалем*, троха не поймали, и много за ним гонили аж до границы мултянское. Троха ся было успокоило. За то была дана козаком лежа у Киеве; гетманом был Самуел Кошка*. Лежали (козаки) у Гоми, в Речицы, в Рогачове, у Баркулабове на пристанство аж уждали*.
Року 1600, месяца августа 8 дня, с понеделка на второк, пан Лев Сапега, канцлер Великого князства Литовского, староста могилевский, албо теж за росказанем его м(и)л(ости), слуги его м(и)л(ости) пан Голубицкий, врядник печерский*, Ян Рожновский (село) Требухи до замку могилевского привернули. А тое имене было от веков на монастыр Печерский святыя богородицы надано от княжат буйницких по самую речку Дубровню. То все буйницкий кгрунт был.
Року 1600. Того року было Благовещение на святой недели у во второк.
Року 1600, месяца септеврия 18, в че(тверто)к пан Ян Варшавский*, также его м(и)л(ость) пан Лев Сапега, канцлер литовский, староста могилевский, на Москву до царя восточного князя Василия Годунова* послами ходили и з ними княжат, панов зацных множество. И мешкали на Москве недель 20. Тамо ж приняли примере на год 20.
Того ж року 1600, октов(риа) 7 дня. Гермоген, владыка полоцкий, если за грех свой албо з божого допущеня, первей того хорев у Полоцку, потом у месте Виленском лекарство поживал, там же, едучи з Вилни, в дорозе Сморкгоинех, там же смертию ганебною живот свой скончал,
220
смерть претерпев. Яко был на постырство дирею влез, так же в дири, в дорозе, зле живот скончал.
Того ж року у самую у восень не по обычаю, месяца септеврия 17 дня, у в олторок, от западу силный, великий гром был в нас и по всим сторонам велми силно гримел. Также и блискане молони было. А в ночи мороз и вѣтер был. А тое было прознаменование — напредѣ будеш читати рок Христа 602, 603. Великие болести, хоробы (были), такъже великие, голод, неврожай силный. Было поветрие албо мор на людий перехожих, множество на Низ (Днепра) идучих. Около тысещ 4 з голоду мужей и жон, детей пошло, так иж страшно было видети, иж на улицах, по дорогах, по гумнах, у ровех псы мертвых многих тела ели.
Року 1601. Великая война была у Вифлянтех* с кролем шведским за Жикгимонта Третего. Того ж року запорозкие козаки у Швецыи были*, да ничого не помогли, толко великую шкоду господарю вчинили, бо место славное, место богатое Витебск звоевали, мещан побили, панны поплюгавили, скарбы побрали многое множество людей порубали, незличоные скарбы побрали...
Того ж року 1601 по волости Могилевской гайдуков до Выфлянт выбранцов выбирали.
Того ж року 1601 за господаря кроля Жигкимонта Третего, за митрополита Потеяотщепенца, за вселенского патриарха кир Рафаила* постановлено на владычество. Гедиона, а первей звано его Миколаем; и тот отщепенец.
Того ж року 601, месяца августа пятого дня, преставился священник юрьевский отец Тимофей Алексеевич. А справовал ерейства своего год 4*. Парафея его была: полместа, село Былевичи, Ходутичи, Липовка, Панковичи, Новоселки, Тризнина слобода, село Лежнево, Богданова слобода.
Року 1601. Тот был неуставичный, то ест почали жито на хлеб жати голодные люде пред Усѣкновением главы святаго Иоанна Предтечи*, а в копы почали жито жати на святаго Симеона Столпника*. И то было зерне велми мякко. А дожали жита перед Покровом за 2 недели, бо дожд уставичне шол недель 12. Ярь почала высыповатися о святом Петрѣ, а по святом Покрове за две недели почали ярь жати. И то зелено было. А потом после святого Симеона Столпника ок(тобра) 4 дня снег великий выпал. Прето, што было пашни, ярицы, овса, пшеницы, ечмень, горох, боб — то всё снегом напало и великую яри шкоду учинило. Згола было всему недобро як збожю, также и людем. А предсе цена збожю средняя была. Яко ж и знак тому упадку збожю:
221
в року 600 было зле, гром гримев у восень по Воздвижению честнаго креста*.
Того ж року 601 были у Швеции козаки запорозкие люду четыри тысечи. Над ними был гетманом Самуель) Кошка. Там же того Самуила убито, а поховано у Киеве. Нижли там у Швеции козаки запорозкие ничого доброго не вчинили ани гетманови* и пану королю жадного ратунку не дали, толко з Швеции утекли. А тут на Руси Полоцку великую шкоду чинили, а место славное и великое Витебск звоевали, злата, сребра множество побрали, мещан учтивых порубали. И так шкоду содомию чинили* горше злых неприятелей албо злых татар.
Того ж року 1601, месяца октобра десятого дня, цѣлую неделю снег силний и кгвалтовный ишол. Выпал до полголени. Также и буря силная была. Тогды пшеницы, ярицы, овес, гречиху, горохи и вси овощы, великое множство ярицы на полях непожатые, также и копы жатые снегом позаметала метелица, иж было жалосно и страшно гледѣти и выповедити уздыханя и плачу людей убогих, пашников немаетных.
А так лежал тот снег 2 недели аж до Дмитровы суботы*. Яко ж з великих морозов река Днепр был замерз, и ездили по нем яко серед зимы. А потом за ласкою всемилостивого господа бога для плачу и великого уздыханя снег ростал и река Днепр росплынулся.
А потом почали жатигоревати па снегу у стужу. Были теж морозы великие, огнѣ клали, сами грелися, иж страшно и жалосно было гледѣти. Три, два человеки на день ледво снопов 40 нажнут овса албо ярицы, бо велми к земли (прилегло) .
Люди убогие ярь на весне жалигоревали, але вже толко для статку. А того много статками на весне сами господари свое збоже травили. Маки, горохи, бобы, проса, репа — то все згола погинуло. А которые молотили ярь, зерня толко знак. А коли змелет, спечет,— то у печи испечется, а з лопаты у печ не зложит. С печи аж аполоником выберет. Также и жито велми было неумолотно. А коли мужу житную у хлебе спекут, то тесто печеное солодко, а за скорину хотя ложки клади, а в печи не печется.
У восень роли и жито сеяли. Которые старым житом, то предсе нивошто*. А которые житом новым сеяли, тые ни жали. Яко ж две доле тых людей было, которых оралы и не сеяны были.
На лето куповали жито чверть по грошей 35, яр по гр(ошей) 40. Пшеницу куповали чверть 40 грош(ей), овес
222
по гр(ошей) 40, конопель чвеоть 20 грош(ей), горох чверть 20 гр(ошей).
А тот гнев божий был и непогода, почавши от Менска до Полоцка к Витебску, до Орши, до Мстиславля, до Пропойска*, до Рогачова, Могилева, Любошаны.
Потом у Речицы, в Лоеве, в Киеве аж на Волынь добрый врожай был. А так потом много множества людей убогих з голоду на Низ (Днепра) з жонами и детками и зь семьею (шло), што иж страшно было не только видети, але трудно было и выписати, то ест з верху, з волости Шкловское, з Друцка, з Дубровны, з Круглы, з Бобря, з Витебска, спод Полоцка, спод Менска и з инших многих украин.
Того ж року была зима злая, снеги великие и силные были морозы. Многим людем поморозило кому ногу, кому палцы, другому вид: уши, нос; а другие з морозу померли.
А коли вже была весна в року 1602, тот наход людей множество почали мерти. По пятеру, по тридцати у яму (хоронили). Хворых, голодных, пухлых многое множество,— страх видети гневу божого. А так при великих местах человека по едному у яму ховали: священники проводили. Там же, которые ишли на Низ, тые вси там померли, мало се зостало. А так мерли одны при местах, на вулицах, по дорогах, по лесах, на пустыни, при роспутиях, по пустых избах, по гумнах померли. Отец сына, сын отца, матка детки, детки матку, муж жену, жена мужа, покинувши детки свои, розно по местах, по селах разышлися. Один другого покидали, не ведаючи один о другом. Мало не вси померли.
А коли тот наход у ворот, албо в дому у кого стоячи хлеба просили, отец з сыном, сын со отцем, матка з дочкою, дочка з маткою, брат з братом, сестра з сестрою, муж з жоною тыми словы мовили силне, слезне, горко мовили так: «Матухно, зезулюхно, утухно, панюшко, сподариня, солнце, месец, звездухно, дай крошку хлеба!» Тут же подле ворот будет стояти з раня до обеда и до полудня, так то просячи. Там же другий под плотом и умрет.
Того ж року куповали жита чверть 40 грош(ей), пшеницы чверть 50 грош(ей), овса чверть грош(ей) 38, гречихи чверть грош(ей) 40, гороху чверть гр(ошей) 40, конопель чверть 50 грош(ей), капусты ведно кислое 3 грош(и), ушаток капусты кислое 24 гр(оши), ячмень чверть грош(ей) 70.
А коли варива просил, тые слова мовили: «Сподариня, перепелочко, зорухно, зернетко, солнушко, дай ложечку дитятку варивца сырого!»
Того ж року 602 з ласки божей весна почалася добре. Нижли до святого Юрья ледво штось жито посеенное
223
почало з земли являтися, а другое усходити и то потросе. Почали орати на Страстной недели*. А нѣкоторые до свята потросе маку, пшеницы посеяли.
Того ж року на Страстной недели во среду гром загримел велми грозный з дождем и з бурею немалою. А то был знак недобрый и праве злый, бо на десятой недели того року 602, в четверток великий, страшный был мороз. Што было цветов, то все поморозил. Правда, початок был грозный, а остаток плачливый. Што было огородных речей — капуста, ботвинье, цибуля, маки, горохи, ячмень, ярица,— то все мороз побил, чого з великим плачем было видети тых людей голодных, которые толко огороды были засеяли, а жита не починали (жать). У восень цена всему збожю была такова, як в року вышей описан(ом).
Того ж року 602 у восень жито посеяное велми было урунилося. 3 ласки божей осень была погодлива и вдячно глядѣти было,— велми зелено. Также севба позная добра была.
Того ж року 602 веснѣ и летѣ на люди были з божого допущеня хоробы великие, горючки, бегунки. По местах, по селах много малых деток померло.
КНІГІ ОНЛАЙН
