Беларуская літаратура
Адам Глобус, Міраслаў Адамчык
Выдавец: Сучасны літаратар
Памер: 1008с.
Мінск 2004
цела; праклятыя і вы, хто з майго голага цела насміхаецца і цешыцца! Прыйдзе той час, калі вам самім будзе сорамна за ўсё гэта! Лепш бы вам было не пазнаваць праўды святла, чым, пазнаўшы, адкінуць яго, загасіць і затаптаць! Які ж ты пастыр, ганарышся сваім пастырствам і ў той жа час абражаеш Бога пагібеллю яго авечак? Ты, духоўны жрэц, выхваляешся сваім пасвячэннем, а адракаешся ад святасці божай. Hi жыццё, ні звычаі, ні вашы ўчынкі, ні адзенне не паказваюць вас як настаўнікаў; ні ваша мудрасць, ні навука, ні размова не сведчаць аб вашым пасвячэнні і пастырстве. У жыцці вы карчмары і купцы, у звычаях лежабокі, у размове невукі, у абыходжанні лісы крывадушныя, а ў адзенні драпежныя ваўкі.
Мудрасць ваша, уменне, размова бязглуздыя, марныя і распусныя, і вяселле непрыстойнае, у якім і вы самі, і тыя, хто вас пераймае і ідзе за вамі, загінеце...
Утаймуйце сардэчныя матчыны ўздыхі, атрымаеце ўзнагароду ў канцы яе жыцця! Абатрыце заплаканыя вочы сваёй радзіцслькі, каб калінебудзь яе крывавыя слёзы не скаціліся на вас, а плач яе вас не згубіў! He цітулам, але самой справай пажадайце быць духоўнымі жрацамі, не словам, а ўчынкамі пастарайцеся быць настаўнікамі і кіраўнікамі. Каму ж я гэта гавару, да каго мае словы звернуты? Да жалезнай сцяны, ці я іх на вецер пускаю?..
ПААІТЫЧНАЯ САТЫРА
[ПРАМОВА МЯЛЕШКІ]
Найяснейшы мнлостнвы королю н на мене ласкавые панове братя! Выехавшн з дому, Богу ся помолнл, штоб к вам здоров прнехал да п вашу мнлость здоровых огледал.
Прншло мне з вамн раднтн, а я на такнх зьездах ннколн не бывал н з королем его мнлостю ннколн не заседал. Толко за князей нашнх, которне королевалн н которне воеводамн бывалн, сэнтэнтай' тых не бывало, правым сердцем просто говорнлн, полнтыкн не зналн, а у рот правдою, як солею в очй, кндывалн. Скоро ж королн больш немцев як нас улюбплп. тчалн памн шебунковатн2, н што старые нашн князп собралп. то все немцом розда.іп нашые господарп. Проч Жпкгпмонта’ короля' Torn печего м в людп лнчпіп, бо
ПАЛІТЫЧНАЯ САТЫРА
59
Подляше н Волынь наш вытратнв, ляхом менечмся. Але Жнкгнмонта первого'* — солодкая паметь его. Той немцев, як собак, не любнл н ляхов з нх хнтростю велмн не любнл, а Лнтву н Русь нашу любптелно мнловал. Н горяздо лепш нашне за него мевалнся5, хоть в так дорогнх свнтах не хажнвалн. Другне без ноговнц, як бернардыны®, гулялн, а сорочкн аж до косток, а шапкн аж до самого поеса нашнвалн.
Дай Боже н знов такой годнны прнждатн н тепер! Я сам колп по домовому вбнраюся, то ее мнлость, панп Мстнславская, малжонка моя, натешнтнся н наглядетнся на мене не можеть.
Над то вже огледнмося на все тое, мнлостнвые панове, н на тую нуждну немецкую штуку, што набронлн7. А колн ж то у нх бывало: у сукнях перестых ходят, а грошн без чнсла мают, а што городов н мест держать, то не хыхй8. Да он пак9 й замешалйся з намн н горяздо умеют все лнхое говорнтн. Королем, паном н Речн Посполнтой як туж было баламутять. А колй сам немчпно йдеть, любо жена его поступаеть — через скурку скрнпйть, шелестпть й дорогнм пнжмом10 воняет. Колй ж до тебе пэнйчйк прнедеть, частуй же его достатком, да ете н жонку свою подле его посадй. А он седпть, як бес надувшнсь, морокуеть, шапкою, дей, перекрнвляет н з жонкою нашептываеть, дей й в долонку сробеть. Да колй ж бы гетакого чорта кулаком в морду, йлй по лйцом,по хрнбте, так што бы король, его мнлость, не слыхал! Нехай бы морды такой поганой не надымал.
Помню я короля Гэнрнка", которнй з заморской, немецкой, стороны был, да зрозумел, што мы ему не много давалн шебунковатн, а немцн его не велмн перекрнковалй, так он, познавшн, што то не штука, да н сам ннкому не оказавшнся проч поехал. Аж в свою сторону, аж за море скйнул.
Кажучм правду, не так внноват король, як тые радные баламуты, што прн нйм спдят да крутять. Много тутако таклх ест, што хоть наша костка, однак собачнм мясом обросла н воняеті Тые, што нас деруть, губять радные! А за нх баламутнямн нашпнец выжнвйтйся не можеть, Речн Посполнтую губят! Волынь з Подлясем пропал нам! Знаю, нам прйступнло, што ходйм как подьвареные, бо ся йх бонмо, правды не мовймо, еше з подхлебнымн языкамп потакаемо. А колй б такого беса кулаком в морду! Забыв бы другы мутйтл.
14 то, мйлостнвые панове, не малая шкода, слугы ховаемо ляхн. Давай же ему сукню хвалендыфзовую, кормн ж его сластно, а з йх службы не пытай. Н толко убравшнсе на высокйх подковах до девок дыбле н ходйть з велнкого куфля трубпть. Ты, пане, за стол, а слуга лях еобе за стол. Ты боршнк, а слуга лях на покутнпку штуку мяса. Ты за фляшу, а он за другую, а колй слабо держнш, то он н з рук вырветь. Толко пнлнуеть: скоро ты з дому, то он молчком прнласкает ся до жонкй. 14 такого чортополоха з немцамн выгнатн, што до нас влезьлн протнвко праву нашому. Од нх мйлостей, панов ляхов, пінуть старйе нашн поклоны смоленскне! Переднрайте очн лепше о пнфлянты, бо тые мечннкй как влезуть, то нх й зублем не выкурнш, як пшолы од меду.
Але здармо поговорнлн есмо о разных нашпх утратах. 14 то не малая штука — конй дрыганты на стайнп ховатн! Давай же йм в лето н в знме овес н сено, подстйлэй же пх на ноч, ховай же для йх слугу ляха, конюшего й машталера, а з нпх жадное службы не пытай. А колй ж еше лях, як жеребец, рже коло девок, как дрыгант коло кобыл, прннмн ж к нему двох лнтвйнов на страж; бо н сам дйдко не упнлнуеть!
14 то на свете дурннна — годйнннкн! Мне прнтрафйлосе на тандете в Кневе купйТй. Далн есмо за его трн копы грошей, а як есмо послалй до Вйлнй на направу, ажно на пятую копу крутнть злодей заморшмк! Добры то наш годннннк — петух, што нехыбне о полночп кукаракуеть.
14 то велмн страшная шкода — гологуздые курн ховатн, нх достатком варлтн й пнные пташкн смажйтн. Торты тые цннамоном, мнкгдаламн цукроватн. А за моей паметй прнсмаков тых не бывало. Добрая была гуска з грйбькамй, качка з перчнком, печонка з цыбулею йлй чосныком. А колй на перепышные достаткп — каша рнжовая з шафраном. Buna венгерского не зажйвалй перед іым. Малмазню скромно пнвалн, медок н горіілочку дюбалн, але грошн под достатком мевалн. Мурн снлные муровалн п войну славную крепко н лучшей держалн как тепер.
14 то не до речн: в богатых сукнях панй ходять! He зналн перед тым тых портукгалн йлп фортугалн. А подолок рухается, а коло подолка чепляется. А двораннн в ножку, как сокол, загледаеть, што бы где шупнутй солодкого мяса. Я ж раднл бы, нехай бы беложонкй нашне в зашінаные давные убералнсе козакнны, шнурованые на заде носйлй розьпоркн, а к тому, што бы з немецька зарнвалп плюдрнкп: не так бы скоро любйтелну скрадывалм бредню. А тепер хотя з рогатнною на варте стой, в жнвые очн такого беса не упнлнуеш.
60
ПАЛІТЫЧНАЯ САТЫРА
Далей о чнм раднтн, не знаю. To вашей мнлостн прнпомннаю, што бы завсегда сколко сенаторов п панов ліітовскііх прн королю его мнлостн было, был бы н я. Толко короловшнны не маю, бо перед другнмн не схопнл. А што есмо казалн, все правда. А Уршулю, королевну его мнлостн, мнленко в ручку поцаловалн, как н другне малодшпе сенаторчнкн. He днвуйтеся, ммлостнвые панове братьяі Век веком сказываеть: снвнзна в бороде іі чорьт в лндьвях за поесом. На хорошее вндане ставку купнл.
He толко в Смоленску, але п в Мозыру увесь повет о том давно радпл, кого бы мудьрого на той зьезд к той сэнтэнтніі выправнтн мене велдомого до вашей міілостіі послаліі, н што бы, Бог дал, уметн перед королем его мплостню п вамн, панове братья, одкрнтн нашне рады.
Сказал бы хто з вас лучшей, толко не баламутячп, то н я на том перестану.
Заўвагі
1 Сэнтэнтйй — павучанні.
2 Шебунковатй — пагарджаць, не лічыцца з думкай, бясчынстваваць. Жйкгймонт — польскі кароль Сігізмунд II Аўгуст (1548—1572).
4 Жйкгймонт первый — польскі кароль Сігізмунд I Стары (1506—1548).
5 Мевалйся — меліся, адчувалі.
6 Бернардыны — манахі.
7 Набройлй — прыдумалі.
8 Тут: няма чаго і гаварыць.
9 Пак — яшчэ.
10 Пйжмом — парфумай.
" Гэнрйк — польскі кароль Генрых Валуа (з 11 мая 1573 года да 17 чэрвеня 1574 года).
ЛІСТ ДА АБУХОВІЧА
Мплостіівы пане Обуховнч, а мой ласкавы пане! 3 умыслу моего посылаю служку нашего давного, пана Ноахнма Говорку, обвешывшы доброе здоровне Вашмосцн чылн нездоровпе, в якнм тот час Господь ховать рачыт после того перепуду московского. Н я так знаю, што нудно Вашмостн на жываты.
He гаевайсе, Твоя Мнлость, на мене, што тытулу воеводского не доложыв. Наппсавшы б я воеводою смоленскнм, то бы я солгав; напнсавшы б опять безвоеводзкнм, то бы се Вашмость гневал, хоць не за што.
Я так разумею: колн Смоленск оддалн, то н тытул продаліі. Много людей об том звеіцалн, што люде п грошы побралн. Лепей было, пане Фнлнпе, седзець табе у Лнпе. Увалявся есь в велнкую славу, як свння у грась, горш то ся стало, колп хто упадзе у новом кожусе у густое болото, у злом разуменю, у обмовах людзкнх п у срамотн седзнць, як дзяцел у дуплн. От нам за тое, што дзешово Москва соболн продавала: всю Русь з людзмп одобрала. Н то есьмы обачылн, соболне колнеры познавесьмы зараз, што худо будут бнцься нашне жолнеры. А што мы дурные у кожухах сем лет Смоленска добывалн, то вы мудрые у соболях за четырнадцат недель оддалн. Боюся вельмн, што б за тое баба кому пупа не резала!
Об меншую, чаю, внну, — кажут людзе, — Осьцнка небошыка напалохав кат у Внльне, аж мясо его валялося, што одно карточку пмсав до Москвы неосторожно. Мы н цара в ногу цаловалн н грошы побралп, а без маль нам тое не мннется!
Пан Госевскн не много полацннску умев, а з мнейшым людом н апаратом военным іі жывностю Смоленска додержав! Мудрость велпка, — кажут люде, — як свннн. Калн много ен кто зажывает, той ннчего не дбает. А калн человек надто куснт — м постягнут муснт іі хвосту бывает непокой. Зофнафнлозофна радзнла седзець высоко, говорыт глыбоко. Куделя, пане, — жыноцкая реч, да што б пекла горазд оладкн. Ест у мене старые кннгп у новом кутн. Завсюды я там много вычытав жоноцкой псоты, яковых з ума зводзяць людзн мудрых, многпх іі святых, а што б пак нас грешных к лмху не прывелн.
А колн б дотуль Вашмость пнсаром быв, то б чоловеком слыв. Н того б з нас годн было за нашое лпхое шалбёрство. Показуюць людзе п тое на Вашмостей, якобы до вымысьлення подымнаго ннкто не быв прычыною, только Вашмость, которым выкурылн нашых мужыков, як воробьёв з веннков. Без мало: з мудрых ораторов не будет много ратаёв. Послом зоставшы много правды не говорыте, толко бёрете копы.