Старажытная беларуская літаратура
Выдавец: Юнацтва
Памер: 350с.
Мінск 1990
В лѣто 6616 (1108). Заложена бысть церкы святаго Михаила, Золотоверхая, Святополком князем, в 11 иулия мѣсяца. И кончаша тряпезницю Печерьскаго манастыря при Феоктистѣ игуменѣ, иже ю и заложи повелѣньемь Глѣбовым, иже ю и стяжа. В се же лѣто вода бысть велика в Днѣпрѣ, и в Деснѣ, и в Припетѣ. В сем же лѣтѣ вложи бог в сердце Феоктисту, игумену печерьскому, и нача възвѣщати князю Святополку, дабы вписал Феодосья в сѣнаник*. И рад быв, обѣщася и створи, повелѣ митрополиту вписати в синодик. И повелѣ вписывати по всѣм епис
42
копьям, и вси же епископи с радостью вписаша, и поминати й на всѣх зборѣх. В се же лѣто преставися Катерина, Всеволожа дщи, мѣсяца иулия в 11. В се же лѣто кончаша верх святыя богородица на Кловѣ*, заложенѣй Стефаном игуменом печерьскым.
В лѣто 6617 (1109). Преставися Евпракси, дщи Всеволожа, мѣсяца иулия в 10 день, и положена бысть в Печерском манастырѣ у дверий, яже ко угу. И здѣлаша над нею божонку, идеже лежит тѣло ея. В то же лѣто, мѣсяца декабря в 2 день, Дмитр Иворовичь взя вежѣ половечскыѣ у Дону.
В лѣто 6618 (1110). Идоша веснѣ на половцѣ Святополк, и Володимер, и Давыд. И дошедше Воиня, и воротишася. Том же лѣтѣ бысть знаменье в Печерьстѣм монастырѣ в 11 день февраля мѣсяца: явися столп огнен от земля до небеси, а молнья освѣтиша всю землю, и в небеси погремѣ в час 1 нощи; и весь мир видѣ. Сей же столп первѣе ста на трапезници каменѣй, яко не видѣти бысть креста, и постояв мало, съступи на церковь и ста над гробом Феодосьевым и потом ступи на верх акы ко встоку лицемъ, и потом невидим бысть. Се же бѣаше не огненый столп, но вид ангелеск: ангел бо сице является, ово столпом огненым, ово же пламенем. Акоже рече Давыд: «Творя ангелы своя духы и слугы своя огнь полящь», и шлеми суть повелѣньем божьимь, амо же хощеть владыка и творець всѣх. Ангел бо приходит, кдѣ благая мѣста и молитвении домове, и ту показаетъ нѣчто мало видѣнья своего яко мощно видѣти человѣком; не мощно бо зрѣти человѣком естьства ангельскаго, яко и Моиси великый не взможе видѣти ангелскаго естьства: водяшеть бо я в день столп облачен, а в нощи столп огнен, то се не столп водяше их, но ангел идяше пред ними в нощи и в дне. Тако и се явленье нѣкоторое показываніе, ему же бѣ быти, еже и бысть на 2е бо лѣто не съ ли ангел вожь бысть на иноплеменникы и супостаты, якоже рече: «Ангел пред тобою предъидеть», и пакы: «Ангел твой буди с тобою»?
Игумен Силивестр святаго Михаила написах книгы си Лѣтописець*, надѣяся от бога милость прияти, при князи Володимерѣ, княжащю ему Кыевѣ, а мнѣ в то время игуменящю у святаго Михаила в 6624, индикта 9 лѣта. А иже чтеть книгы сия, то буди ми в молитвах.
43
КІРЫЛ ТУРАУСКІ
(Каля ИЗО—каля 1182)
КИРИЛА МНИХА ПРИТЧА
О ЧЕЛОВѢЧЬСТѢИ ДУШИ И О ТЕЛЕСИ, И О ПРЕСТУПЛЕНИИ БОЖИЯ ЗАПОВѢДИ, И О ВОСКРЕСЕНИИ ТЕЛЕСЕ ЧЕЛОВѢЧА, И О БУДУЩЕМЪ СУДѢ, И О МУЦѢ
Господи, благослови, отче!
Добро убо, братье, и зѣло полезно, еже разумѣвати нам божественных писаний учение: се и душу цѣломудрену стваряеть, и к смирению прилагаетъ ум, и сердце на реть добродѣтели извоостряеть, и всего благодарьствена человѣка стваряеть, и на небеса ко владычним обѣщанием мысль приводить, и к духовным трудом тѣло укрѣпляеть, и приобидѣние сего настоящаго жития, и славы и богатьства творить, и всея житискыя свѣта сего печали отводить. Того ради молю вы, потщитеся прилѣжно почитати святыя книги, да ся божиих насытивше словес и будущаго вѣка неизреченных благ жадание стяжите: она бо аще и невидима суть, но вѣчна и конца неимуща, тверда же и недвижима. Да не просто претецѣмь языком пишемая глаголюще, но с расмотрениемь внемлюще, потщимся дѣлом створити я. Сладко бо медвеный сот и добро сахар, обоего же добрѣе книгий разум: сия убо суть скровища вѣчныя жизни. Аще бо сде кто обрѣл бы земное скровище, то не бы на се дерзнул, но един точью честный камень взял бы,— уже бес печали питаеться, яко до конца богатьство имый. Тако обрѣтый божественных книг скровище, пророческых же и псаломьскых и апостольскых и самого спаса Христа спасеных словес истиньный с расужениемь разум,— уже не собѣ единому бысть на спасение, но и инѣмь многим послушающим его. Сему случается еуаггельская притча глаголющи: «Всяк книжник, научися царствию небесному, подобен есть мужу домовиту, иже износить от скровищь своих ветхая и новая»; аще ли тщеславиемь сказаеть болшим угажая, а многи меншая презрить, буестью крыя господню мнасу*, недадый жизньным торжником, да удвоить царьское сребро, еже суть человѣчскыя душа, и видѣв господь горды его ум, возметь свой от него талант*; сам бо прозоривым противится, смиреным же
44
даеть благодать. Аще бо мира сего властели учитися в них и всѣм сердцем взискати их, свидѣния и в житискых тружающеися вещех человѣци прилѣжно требуютъ книжнаго поучения, колма паче нам подобаеть словес божиих, о спасени душь наших писаных. Но тружается мой мутны ум, худ разум имѣя, немогый порядних словес по чину глаголати, но яки слѣп стрѣлець смѣху бываетъ, немоги намѣренаго улучити. Но не буди нам особь подвигнути ненаказан язык, но от божественых вземлюще писаний; со многою боязнью еуаггельскых касаемся бесѣдовати словес, приводнѣ господню притчю сказающе, юже Матфѣй церкви предасть.
Зачало. Рече господь: «Человѣк нѣкто домовит бѣаше, иже насади виноград, и остѣни его оплотом, и ископа точило, и остави вход, и створи врата, но не затвори входа. И отходя в дом свои, «Кого,— рече,— оставлю стража моему винограду? Аще оставлю от служащих ми раб, то свѣдуще мою кротость, истеряють благая моя. Но сице створю: приставлю ко вратом хромца и с ним слѣпца. Да аще кто от враг моих въсхощеть окрасти мой виноград, то хромець убо видить, слѣпецъ же чюеть. Аще ли от сею всхощеть внити кто в виноград, хромець убо не имать ногу доити внутрених; слѣпецъ же аще поидеть, то заблудив в пропастех убьеться». И посадив я у врат, дастъ има власть на всѣх внѣшних*; пищю же и одѣнья иструдну съготова. «Точью,— рече,— внутрениих без моего не коснитеся повелѣнья». И тако отиде, повѣдѣв има свой по времени приход и тогда мьзду стражбы ради обѣщав има взяти, попрѣти же и мучениемь, аще его преступита заповѣдь. Си же до зде оставлеше, паки въсприимем еуаггельское слово, плод устен на умнѣй тряпезѣ вашего ока предлагающе.
О т в ѣ т. Человѣк домовит — бог всевидець и вседержитель, створивы вся словом, видимая же и невидимая. Домовит же ся именуеть,— яко не един дом имать, по писанию. Глаголеть бо пророк: «Твоя суть небеса и твоя земля; вселеная и конець ея ты основа». И паки: «Небо ми — престол, а земля — подножие ногама моима». Моисий же пол вод под твердию сказуеть, а Давыд превыши небес воду повѣдуеть. Но смотри в писания, разумѣй: вездѣ сы домы божиа, не токмо в твари, но и в человѣцѣх. «Вселю бо ся,— рече,— в ня». Яко же и быст: сниде бо и вселися в плоть человѣчю и взнесе ю от земля на небеса,— да престол есть божий человѣча плоть; на вышнемь же небеси престол его стоить. А еже насади виноград — рай
45
глаголетъ: того бо то есть дѣло. Пишеть бо ся: «И насади бог рай в едемѣ». А иже остѣни его, рече, оплотом — сзоимь страхом. «Страхом бо его,— рече пророк,— движется земля, рассѣдается камение, животная трепещють, горы куряться, свѣтила раболѣпно служить, облаци и вся вздушная тварь повелѣвая творять». Стѣна бо — закон речется. Закон же всему заповѣдь божия есть. «Предѣл бо,— рече,— положи и, его же не преидуть, ни обратиться». Остави же вход — сирѣчь свидѣния разум: вся бо тварь не преступаеть божия повелѣния: «Вся бо,— рече,— от тебе чають: даси им пищю в время». Пища же не брашно речеться, но слово божие, имь же питается тварь. Глаголеть бо Моисѣй: «Не о хлѣбѣ единомь жив будетъ человѣк, но о всяком глаголѣ, исходящимъ из уст божии». Незатвореная же врата — дивныя божия твари устроение и над тѣми божия сущьства познанье. «От твари бо,— рече,— творца разумѣй: не качьство, но величьстсо и силу, славу же и благодать, юже творить угажая всѣм вышним и нижним, видимым и невидимым. Аще бо и нарицаеться Христос человѣком, то не образом, но притчею: ни единого бо подобья имѣетъ человѣж божья. Не сумнить бо ся писание и ангелы человѣкъ! нарицати,— но словом, а не подобиемь. Аще бо блазняться етери,. слышаще Моисѣя глаголюща: «Рече бог: створим человѣка по образу нашему и подобию»,— и прилагають к бесплотному тѣло, не имуще стройна разума, и есть си ересь и донынѣ человѣкообразно глаголющим бога, иже никако не описается, ни мѣры качьству имать. Но си оставль, о первѣмь възглаголю.
И отходя в свои дом, «Кого,— рече,— оставлю стрещи труда моего?» Сия совпрашания — отца и сына и святаго духа не о твари, но о владущеим тварью, сирѣчь о владыцѣ, ему же въсхотѣ предати землю и всяко дыхание поработити; не ангелом бо покори вселеную, и прокая. «Оставлю,— рече,— у врат хромца и с нимь слѣпца». Что же есть хромець и слѣпець? Хромецъ есть тѣло человѣче, а слѣпець есть душа. Преже бог созда тѣло Адамле безъдушно, потом же душю. По создании бо тѣла, глаголеть писание: «И дуну на лице его дух животен». Тѣм же тѣло без душа хромо есть и не наричеться человѣк, но труп. Смотри сдѣ и разумей от бытийскых книг. Створи бог тѣло внѣ рая и внесе е в едем*, а не в рай. Едем же речеться — пища. Яко се кто бы на пир зовый преже уготоваеть обильну пищю, ти потом приведетъ званаго — тако и бог преже уготоваеть ему жилище едем, а не рай. Рай
46
бо мѣсто есть свято, яко же церкви олтарь. Церкви бо всѣм входна. Та бо ны есть мати, поражающи вся крещением и питающи живущая в ней нетрудно, одѣвающи же и веселящи вся вселшаяся в ню. Глаголеть бо пророк: «Се работающии церкви ясти имуть и насытиться». И пакы: «О, чада церковная, съсущеи от сесцю ея тук и масть, помажете веселиемь главы своя». И Давыд: «Упиються, рече, от обилья дому твоего и потоком пищи твоея напоити я». И пакы о одежи священьник и оболчении мних: «Иерѣи твои, господи, облекуться в правду», и прочая. Мниху же: «Соодѣл мя еси нужныя и нелѣпыя одежа и оболк мя в спасение и препоясал мя еси веселиемь». Въспойте же, рече, господеви пѣснь нову, хваления в церквах преподобными его. И се явѣ есть: от клиросник — епископа и от монастыря — мних. Вижь, яко епископия и манастырь — едем есть, сирѣчь нетрудная жизнь; олтарь же свят, сирѣчь едемьскы рай,— неудобь въходим, аще и врата незаключена имать. Тако бѣ посажен хромець с слѣпцемь у врат стрсщи внутрених, яко же приставлени суть патриарси, архиепископи, архимандрити межю церковью и олтаремь стрещи святых тайн от враг Христов, сирѣчь от еретик и зловѣрных искусник, нечестивых грѣхолюбець, иновѣрных скверник. Послушайте же со вниманиемь, да по ряду бесѣду скажемъ, и вы со вниманиемь смотрите. Аще бо и мутен имею ум и язык груб, но ваших недѣяйся молитвах прошю дара слову. Аще и недостоин есмь о сих глаголати, но ползы ради послушающих пишем. Аще ли кто зла слуха имать, то не ищеть что бы ему на ползу обрѣсти, но зазираеть, чимь же бы нас потязал и укарял.
КНІГІ ОНЛАЙН
