Старажытная беларуская літаратура
Выдавец: Юнацтва
Памер: 350с.
Мінск 1990
Приведену же бывъшу слѣпцю, быст опытание. «Не добра ли тя,— рече,— стража створих моему винограду? То почто его еси окрал?» Отвѣща ему слѣпець: «Господи,
51
ты вѣси, яко аз слѣп есмь и не вижю без водящаго мя камо ити, и не вѣдѣ ни единого мѣста, аще и хотѣл бых. Ни чюх же никого же минующа мене враты, да бых крѣпко в слѣд его въпил. Но мню, господи, яко хромець есть крал». Вижь ложное нынѣ спирание души пред богом и клеветание на тѣло.
Сице же есть душевъны глагол: «Господи, аз дух есмь. Да ни ясти ни пити хотѣл есмь, ни чьсти ни славы земный искал есмь, ни телесное не разумѣх похоти, ни дьяволи створих воли,— но та вся тѣло есть створило!»
Тогда повелѣ господин блюсти слѣпца во укромнѣ мѣстѣ, идеже сам вѣсть, дондѣже придеть сам к винограду и призоветь хромца, и тогда судить обѣма.
Того ради до второго пришествия Христова нѣст суда ни мучения всякой души человѣчи, вѣрнаго же и невѣрнаго. Вѣруйте же в правду въскресению человѣчьскых телес. «Послеши бо,— рече,— дух свой, и съзижються, и обновиши лице земли». В Иезекили бо нам въскресения надежю показал есть. «Прорци,— рек,— сыне человѣчьск на мертвыя сия кости, да будутъ на них телеса и опнется на них кожа, да придеть дух от четырь вѣтр и внидеть в мертвыя си, да оживуть!» Се же все сам творець дѣйствуетъ, не инако чина превращая, но инако исконьное дѣло свое понавляя. Преже бо созда тѣло Адамле, ти потом вдуну душю. Тако во утробѣ женьстѣй: перво от сѣмени зижеть тѣло, по пяти мѣсяцъ творить душу. Во крещении же первое поражаетъ водою, потомъ же обнавляеть духомъ от тлѣнья грѣховьнаго. Тако и в послѣдни день: первое обновить землю и сберечь персть человѣчю и съзижеть всѣх нас телеса в мегновеньи ока, потом душа наша в свою когождо внидуть храмину,— по Павлю глаголющю, яко сам господь в гласѣ архангеловѣ, в трубѣ божии сниде с небеси, и мертви о Христѣ воскреснуть преже, потом же и мы живии. Кто суть мертвии? Вси языци, не бывъше под божиимь закономъ, ни приимше крещенья. «Елико, бо,— рече,— безаконьно съгрѣшиша, безаконьно погибнуть». Живыя же крестьяны нарицаеть. Вижь всѣх человѣк телесем въскреснути и вѣруим Павлову послушеству, словесем господним глаголющем: «Иже ли не створить искони богом создана человѣка, то не разумѣеть и крещениемь в живот порожена; тѣм же и не чаеть послѣдняго с телесы въскресения въстающим всѣм человѣком в бесконечны живот — овѣм в честь и славу, овѣм в студ и в муку». Но да и прокое речем.
Егда приде господин взяти плод от винограда и видѣв
52
его окрадена, и призва хромца и совъкупи с слѣпцемь, и начаста сама ся обличати. Хромець глаголаше слѣпцю: «Аще не бы ти мене носил, никако же аз могл бых тамо доити, понеже хром есмь». Слѣпецъ же глаголаше: «Аще не бы ты мнѣ пути казал, не бых тамо аз доити могл». Тогда господин сѣд на судьнѣм столѣ и начат има судити. И рече: «Яко же еста крала, тако да сядьть хромець на слѣпца». Въсѣдшю же хромцю, повелѣ пред всѣми своими рабы немилостивно казнити в кромѣшней мученья темницѣ.
Разумѣйте же, братья, сея притча сказание. Человѣк есть домовит — бог отец, всячьскых творець. Его же сын добра рода — господь наш Исус Христос. А виноград — землю и мир нарицаеть.
Оплот же — закон божий и заповѣди. Слугы же сущая с нимь — ангели галголеть. Хромець же есть — тѣло человѣче. Слѣпца же душю его мѣнить. А иже я посади у врат — человѣку бо предаеть бог в область всю землю, дав ему закон заповѣди. Преступившю же человѣку повелѣние божие и того ради смертью осужену бывшю, первое душа к богу приводится и спирается глаголющи: «Не аз, но тѣло есть створило». И того ради нѣст мучения душам до второго пришествия, но блюдомы суть, иже бог вѣсть. Егда же придеть обновити землю и въскресити вся умершая, яко же сам бог преже глагола, тогда «вси сущи в гробѣх услышать глас сына божия и оживуть, изидуть створше благая въскресение живота, а створши злая — въскрешение суда». Тогда бо души наши в телеса внидуть и приимуть въздание кождо по своим дѣлом — праведници в вѣчную жизнь, а грѣшници в бесконечную смертную муку. Ими же согрѣшить кто, тѣмь и мучен будеть.
Сице же и мнѣ о сих сказавъшю не от умышленья, но от святых книг. Да нѣст се мое слово, но бесѣда; нѣсмь бо учитель, яко же они церковни и священнии мужи.
ЖЫЦІЙНАЯ ЛІТАРАТУРА
Месяца маня в 23 день
ЖИТИЕ БЛАЖЕНЫЯ ЕУФРОСИНИИ, ИГУМЕНИИ ВСЕДРЪЖИТЕЛЯ СВЯТАГО СПАСА ВО ГРАДЪ В ПОЛОДСЦЪ.
Господи, благослови!
Благословен господь бог Израилев, бог Аврамов, бог Исаков, бог Ияковль. Нѣсть бог мертвых, но живых.
Праведнии бо по смерти живи суть, яко же Соломан* во притчах глаголеть: «Праведници в вѣки живуть; от господа мзда их и строение от вышняго. Сего ради приимут венець из рукы господня».
Яко же и бысть, еже напред идущее скажем, о сих же сице скажем. Снидѣтеся сущии в пустынях и в горах, житие ангелское имуще, старии немощь отложивше, а юнии, яко елени скачюще! Снидитеся вси: хощу бо вам представити трапезу от брашен сих, да, ядше, возвеселимся душами вашими! Се бо есть трапезѣ за нетлѣющих брашен, иж гортань наслажають и чрево насыщають, а си душа веселящися, а ум укрѣпляющи на подвигы добрых дѣл. Сиа бо ядиаще кто — насытится, не вжадает во вѣкы, яже реченно в писании: «Не заморить господь гладом душа праведных».
Мы же напред лѣжащее возвратимся. О нем же начахом повесть сию. Вы же послушайте блазии, или князи или бояри, церковници, вы, честнии собори святых, сущих в монастырѣх, и простои людие. Снидитеся на новое слышание! Послушайте прилѣжно! Отвръзше ушеса своя и умякчивши нивы сердец ваших, приймете мно(го) спасенаго житя и послушайте жены сея преподобныя святыя подвигы и труды и любовь яже к богу. Иже скажем, како родися, или от ких родитель, или како воспитася, или како возрасте, в кою ли мѣру потече вослѣд жениха своего Христа, и о той инде скажем, а о сих сице есть по ряду.
Бысть князь в Полотсцѣ градѣ именем Всеслав*. И тъй
54
имѣяше сыны многы. И бѣаше у него сын именем Георгий. От него же родися си блаженая отроковица. Родителя же ея возрадоваста ся о рожествѣ ея со всѣм домом своим. По днѣх тѣх повелѣста ю крестити. Крестиша ю во имя отца и сына и святого духа. И питома бѣаше доилицею своею, день от дни растяше. Отроковица, тѣло млеком питаемо, растяше, а душа святого духа наполняшеся.
(С)лучи же ся девици деснаго естества плод милостивый и толми бысть любящи учение. Вѣсти же разшедшися по всѣм градом о мудрости ея, и о блазем учении ея, и о телѣснѣй твари ея, бяше бо лѣпа лицем. Красота же ея многыи славньш ея князь на любовь приведе ко отцу ея, яко же пояти ю невѣсту за сын свои. И всѣм, часто присылающим ся за сын свои ко отцу ея, отець же отвѣщеваше к ним: «Воля господня да будеть!»
Един же, преодолѣваше славным своим княжением и богатеством, присла ко отцу ея и спроси дщерь его за сын свой.
И пришедши ей возраст, и бысть 12 лѣт. И видѣв отець ея нача глаголяти княгинѣ своей: «Нама уже лѣпо дати за Предислава князя». Она же глагола ему тако: «Бог хощеть и твоя, княже, воля тако будеть».
Тогда слышавши Предислава — тако бо бяше ей наречено имя родителема своима преже святого крещениа — расмышляша же в себѣ, глаголющи: «Паче же реку от святого духа...» Наполнишись мысли ея и рече в себѣ: «Воли како се будеть, оже отець мой мыслить причтати мя мужеви, то аще тако будеть, то печаль мира сего не гоньзнути ни како же лзѣ». Пакы в себѣ рече: «Но что успѣша при нас бывшии родове наши? И женишася, и посягоша, и княжиша, но не вѣчноваша. И житие их мимо тече. Слава их погыбе, яко прах, и хужьши паучины. А иже прежнии жены, вземше мужескую крѣпость и поидоша вослѣд жениха своего Христа, предаша телѣса своя на раны и главы своя мечеви. А другыя паче желѣзу выя своя не преклониша, но духовным мечем отсѣкоша от себѣ плотскиа сласти, и предаша телѣса своя на пост и на бдѣние, и колѣнное поклоняние, и на земли легание; то ти суть памятни на земли. А имена их написана суть на небѣсех и тако со ангелы безпрестани славять бога. А си слава есть прах и пепел, яко дым разыйдется, яко пара водная погыбает».
И тако ей помышляющи в сердцы своем, а ум ея болѣ на божию любовь подвизашеся. И единою положись на сердци ея таково помышление, рече бо в себѣ: «Не се ли бы лучеши всего житиа сего было, да бых ся постригла в
55
черници? И была бых подигуменьею, повинующися сестрам и учащися, како страх божий утвердити во сердцы своем, и како течение скончяти». И се на умѣ положивши, иде в монастырь, утаившися отца и матери и домашних.
В та же лѣта бяша кня(г)ини Романова* черница. И прииде к той, просящи ангельскаго образа приати и причтати ся ту сущим черноризицам и быти под игом Христовым. Видѣвши же она, блаженая, уность ея и возраст цвѣтущи от нея, и не хотящи острищи ея, и смятеся, и нача тѣлом утѣрпати, и сердцем ужасатись, и лицѣ на землю преклонивше на долг час ничющи. Восклонившися и възрѣвши на уность ея, и воздохнувши, и прослезившися, глагола к ней: «Чадо мое! Како могу се сотворити? Отець твой, увѣдав, со всяцѣм гнѣвом возложить вред на голову мою. А еще юна еси возрастом. Не можеши понести тяготы мнишескаго житиа. И како можеши оставити княжение и славу мира сего?»
Отвѣщавши же блаженая отроковица и рече ей: «Боже и мати! Вся видимая мира сего и красная суть и славна, но воскорѣ минует, яко сон, яко цвѣт увѣдает. Вѣчная же и невидимая во вѣкы пребывають, яко же писание глаголеть: «Ни око видѣ, ни ухо слыша, ни на сердце человѣку не взыдѣ, яже бог уготова любящим его». Или отца моего ради нехощеши мя острищи? Не бойся, госпоже моя, того. Но бойся господа, владеющего всею тварию, и не отлучи мене ангельскаго образа!»
Она же, блаженая княгини, удивившися разуму отроковица к любви яже к богу, повелѣ волѣ ея быти. И огласив ю ерѣи. И остриже ю. И нарече имя ей Ефросиния. И облече ю в черныя ризы. И благослови ю игумениа благословением святых отець. И рече ей: «Буди, чадо, послѣдствующи преже тебѣ бывших жен, рекше Февронии* и Еупраксии* и иных множество, яже Христа ради пострадаша! Господь бог даст ти силу и побѣду на супротивника нашего дьявола». И то рекши, отпусти ю в келию свою.
И увѣдав отець еа, скоро шед в монастырь. Жалостно терзаше власы главы своея и любѣзнѣ целоваше ю, глаголя: «Горѣ мнѣ, чадо мое! По что се сотворила еси, печаль души моей принесе? По что ми преже сего мысли своея не явила еси? Лютѣ мнѣ, чадо мое сладкое, жалости сердца моего! О горѣ мнѣ, чадо мое милое! Како гоньзнеть доброта твоя вражие проныръство? Уже достоит ми плакатися острупленою душею ко господу богу моему, да внидеши в черътог царства его!»
КНІГІ ОНЛАЙН
