Выдавец: Беларуская Энцыклапедыя імя Петруся Броўкі
Памер: 592с.
Мінск 2000
Хотелось молодешеньке еіце погулять Честно, хорошо, хорошохонько.
Тут девушка, находяіцаяся в середнне, спрашмвает: «А далеко старец?» Хор отвеча-ет ей, называя деревню. Тогда опять поется» «Я на старца...» н пр. — до нового вопроса: «А далеко старец?»
Эта кгра в более полном вмде рассказана в 1-м выпуске Белорусского сборннка Романо-ва. В подгородной слободе г. Гомеля в Белм-це на первый вопрос девушкн хор говорігг, что старец «іце в Кневе» н прн каждом следу-юіцем вопросе называет деревнн, располо-женные по дороге от Кпева к Гомелю. В пос-леднпй раз отвечают, что старец «а вон уже на той вулмцы*. Тогда является девушка, на-ряженная старпком. Корогод замолкает, де-вушка, с увлеченмем плясавшая в середмне, останавлмвается, как вкопанная. Стармк вступает в круг н ведет строгне речм к жене. Дело кончается тем, что старец с палкой бро-сается за ней, но ему подставляют ногу, м он падает. Песня эта помешена г. Романовым в чнсле хороводных без обозначення временн, когда она поется. Собнратель высказывается за старообрядческое пронсхожденне песнм; основываясь на том, что в одном варманте старец пзображается уехавшнм в «Скмток го-родок», он вмдмт в песне протест молодой женіцнны протпв монотонной жмзнн в скнту Может быть, это н так, но я боюсь недоразу-мення: на шоссе нз Чернкгова в Гомель есть деревпя Скмток — не об этом лм Склтке шла речь в варнанте? Правда, старообрядцы есть в порядочном колмчестве между Гомелем н
19. Зак. 25
561
1945 — да нашых дзён
Черноговым (Добрянка), правда, что песня могла быть занесена за 90 верст через Днепр — неполный вид игры в 3 д. Крупейки как будто говорит за то, — но все это не объясняет, почему она попала в число трех песен, приуроченных к весеннему празднику. В Ш томе Материалов Чубинского в числе веснянок есть несколько отдельно напомина-ющих «Старца» не словами песни, а лишь об-щим характером игры; там игры называются «Чоловик да жинка» или «Жена та муж» и состоят в том, что чоловик с палкой гонит же-ну домой, а она не хочет; хор поет и его речи, и ответы «жинки».
Вторая благовещенская игра в д. Крупейки называется «Шума». В середине хоровода втыкается в землю шестик, на верхушке кото-рого укреплен пук соломы. Девушка садится к шестику и «скепочкой» подцепляет и закру-чивает солому, делая вид, что прядет куделю; хоровод, взявшись за руки, поет, то смыкая круг, и приближаясь к прядущей, то раздви-гает далеко:
Ой, нуте, нуте я у Шуму гуляти, Я у шуму гуляти, Шуму заплетати. Ой, заплету лес — на девочек бес, На хлопчиков роста, на девочек короста, Што б девчата не гуляли, на себе коросту драли.
Когда хоровод продвигается близко, сидя-щая на земле схватывает хворостину (тычку) и бьет их по ногам; те широко раздвигаются, спасаясь от ударов.
Этой игрыи песни я не нашел в бывших у меня белорусских сборниках. Из Материалов Чубинского (т. Ш, стр. 160) видно, что в Ра-домышльском уезде (Киевской губ.) поют весной такую песню.
Ой, весна, весна! що нам принесла?
Дивкам зросту, хлопцам коросту,
Щоб дивкы не гуляли, да кожолку прялы, А хлопцы не гуляли, на соби кросту драли.
Эта песня кроме сходства в тексте заклю-чает в себе намек на прядение, которое изоб-ражается наглядно в крупейской игре. Что касается первой половины нашей песнии сло-ва «шум», которое по мнению одного крупей-ца означает солому, это разъясняется другой игрой, расказанной у Чубинского. В Новогра-доволынском и Полтавском уездах и на Чер-номорье весной играют в Шума. Девушки или становятся в два ключа, или заплетаются плетнем в две линии и поют:
ОЙ, нумо, нумо в зеленого Шума!
А в нашего Шума зеленая пгуба!
Ой Шум ходыт по диброви, А Шумыха рыбу ловит...
Или:
ОЙ, нумо, нумо в зеленого Шума!
Огирки жовтякы, женитеся, парубки,
Ось вам трясця, не дивкы!
Та выплела плетеныцю — на парубкви бис, бис!
Песня кончается обращением дочери к ма-тери, с просьбой выдать замуж. Во время пес-ни по сплетенным рукам играющих ходит мальчик лет шести, представляющий собой Шума, который ходит по диброви.
Наконец, третья песня на Благовещенье в д. Крупейки, которая всегда исполняется пос-ледней, такова: Все девушки идут с бугра ве-реницей вдоль улицы на другой конец дерев-ни и поют:
Ой, пущу стрялу да по всему. селу.
(припев) Ох, и я лели, —да по всему сялу.
Ой, лети, стряла, по конец сяла!
Ой, убий, стряла, добра молодца!
Ой, лежит тело, як бумага бело.
Ой, нихто к телу не приступится.
Приступилася одна Ивановна,
ОЙ, узяла тело да й на рученьки,
Понесла тело да й до церковки:
Сама церковка й отворилася,
Сами свечи запалилися,
Сами книги да зачиталися.
Ой, самая села да ле тела бела,
З мене молодои да слезки полили.
Ой сама я тело да на ручки узяла,
На ручки узяла, ох, заплакала:
— Ох ты, тело мое, тело
Ой, зачим, я ле тебе села|..
Песня не окончена; певец забыл оконча-ние.
Придя с этой песней на другой конец де-ревни, девушки опять составляют корогод и пляшут под пение. Вечером в этот день нани-мается музыка и в избранной хате устрайвает-ся пирушка. Что касается последней песни, то я не нашел в бывших у меня под руками сборниках ничего подобного; лишь несколько строк сначала воспроизводит одна веснянка в Белорусском сборнике Романова (вып.1, стр. 167) в таком виде:
Пущу стралу через вулицу
Да в неделеньку, да пораненьку.
Ты лети, страла, на конец села,
Ты не би, страла, ясна сокола, Да уби, страла добра молодца!
562
3 матэрыяльяай і духоўнай спадчыны
Дальше говормтся, как по молодцу плачет мать, сестра м «жана молода». По обіцему со-держанню крупейская песня о стреле несом-ненно входнт в цмкл весенннх Мотмв погре-бенмя н оплакмванмя, как йзвестно, йшроко распространен у многмх народов в обрядах, связанных с переходом от зммы к лету, начн-ная с Дмонмса, кончая Мареной н Костру-бонькой. В вмду этого, может быть, не будет слмшком смелым предположенме, что в на-шей песне о стреле звучат смутные отголоскм древнего весеннего обряда. Такмм образом в Д- Крупейкм Благовеіценскмй обряд своеоб-разно сложнлся мз несколькмх весеннмх мо-тнвов. К сожаленню, мне не удалось узнать, празднуется лй он в таком вмде в другнх де-ревнях.
Что касается другнх обрядов опнсываемой местностм, то мне мзвестно лншь, что прн окончанмн жатвы поют жнейскне песнн н, ес-лм жнлн у помеіцнка, жннцы прмносят ему ржаной венок. На святках колядуют н ребята ходят co звездой.
Неполнота н случайность мопх сведенмй в этой областм обьясняется тем, что мое вннма-нме вскоре по прнезду прквлеклн слепые нн-шме — «старцы» с мх духовнымн стнхамн, м знакомству с ннмл я посвятнл все своё сво-бодное время, которого было мало в моем распоряженмн.
Первая моя встреча co «старцамн» про-нзошла так. Я поехал посмотреть на большую двухдневную ярмарку, которая бывает в 10-ю пятнмцу у Днепра, верстах в 8 ннже Лоева, около «каплмцы» (часовнн). Едва я слеэ с экмпажа н вмешался в толпу, как мнмо меня быстро прошлм трн слепца, проводлмые мальчмком. Я ннстмнктмвно броснлся за нн-мн, но старцы не шлл, а бежалм н уже далеко мелькалм в толпе нх холіцевые «торбы». Я догнал мх только у шннка; онм остановмлмсь за несколько шагов до стойкн н началн ожмв-ленно толковать о том, что не хватает копей-кн, чтобы выпмть по «крючку» на брата. Я предложмл лм спеть. Затем я разыскал здесь же другмх слепцов: человек 15 йх смдело куч-камм недалеко от каплнцы. Я подсел к ннм н начал запнсывать. На другой день я снова был на ярмарке, но застал уже только одного. Он спел мне несколько духовных сткхов н со-обіцмл, где жнвет другой «старец», которого я накануне запрнметнл, потому что он одмн был с музыкальным мнструментом — лмрой, которую нмже я опмшу подробнее. В теченме лета бывал несколько раз у ннх обонх в доме н от нмх запмсал почтн весь матермал: 27 ду-
ховных стмхов н псалмов н несколько песем. Гам вмдел я н другнх слепцов н собрал не сколько сведенмй о нх бьгте В местечке Лоев н вокруг него верст на 10—12 жнвет пять-шесть слепцов. Онн не ведут бродячей жкзнк в собственном смысле слова. Все онм тамош-нме крестьяне, жнвут по деревням семьямм, н я не могу назвать мх вполне професснональ-нымн ншцймл. Вот условня суіцествованмя тех двух, о которых я говорнл: оба семейные, ммеют детей, у одного по случайным обстоя-тельствам нет надельной землн м он владеет лмшь хатой н огородом, поэтому он жнвет до-вольно бедно м перноднческм отправляется за ммлостмнкой в блмжнне деревнм млм в базар-ные днн в Лоев; летом он ходмл раз в неделю. Другой нмеет надел, пару волов, ведет хозяй-ство с помоіцью матерн н сестер, нанммая со-седей на отдельные работы, а кое-что делает н сам, этот летом не ходат по ммру.
Ходят там «старцы» пооднночке млм вдво-ем; зммою те, которые уходят нз дому надол-го н далеко, ездят на лошадях. Но в нзвес-тных случаях онн соеднняются вместе. На яр-марках, напрлмер, онн разбмваются на группы по 3—4 человека, по-вндммому по предварнтельному уговору, так как поводырь в такой группе нногда обхцмй м деньгм собн-раются в одну чашку. На какмх началах фор-мнруются этн группы, мне не удалось узнать. Знаю только, что одмн, более опытный ходнт «за старшего» м управляет совместным пенн-ем — «пунтует» как онн говорят.
Любопытную форму органмзацмн пред-ставляет следуюіцмй тамошнмй обычай. Все старцы одной округн нмеют в нзвестном пун-кте нкону, которую счмтают своею н в честь которой справляют празднлкн. Все вносят оп-ределенную сумму, нзбнрают себе «старос-ту», который м устрамвает праздннк. Старос-та получает жалованье. В день праздннка все вкладчмкн собнраются туда, где находмтся нкона, служат обедню, а потом устрамвают «громадскмй» обед. Вот подробностн об од-ной нз такмх мкон. Слепцы того района, где я жмл (по об-ьясненмям выходало как будто, что район совпадает с Речнцкнм уездом), по-чнгают нкону в с. Юрьевмчм (верстах в 40 от Лоева). Нкона эта явленная; преданме гла-смт, что она нсцеляла многнх слепых, н онм в благодарность за лсцеленпе началн собнрать деньгн н постромлм тот Юрьевнчскнй храм, в котором теперь стонт нкона. Когда это было, немзвестно, но с давнмх пор речнцкне «стар-цы>, почнтают эту нкону н жертвуют на храм, так что крестьяне выражаются, что
563
1945 — да нашых дзён
КНІГІ ОНЛАЙН
