КНІГІ ОНЛАЙН
Працяг. Пачатак № 8(28) — 2(32). 29 родскчх школ с преподаваннем на белорусском языке делалчсь первые шагн по белорусчзацйй другчх школ. Велась работа по органчзацйй кружков средй учаіцйхся среднйх школ й, наконец, подготавлйвался созыв в конце декабря белорусского научного сьезда. В городе тогда уже была Советская власть (Облчсполкозмап), которая, однако, нйкакйх препятствйй Раде не ставнла. Рада же вела деятельную подготовку к Всебелорусскому сьезду. Одновременно такую же подготвку начала вестй в Петрограде белорусская секцйя Совета Крестьянскчх Депутатов, состоявшая, главным образом, йз правых эсеров й ешё более правых элементов, но сумевшая какчмто образом получнть согласяе й даже денежную помоіць от Совнацмена. Руководчлй ею Канчер, Гольман й др. 5 декабря фактаческй начался сьезд, но до 15го делегаты все еіце сьезжалйсь, почему й открытне сьезда откладывалось. На сьезде резко выявйлось 3 группы: БСГ найменьшая, но найболее сплоченная й сйльно представленная во главе с Рак—Мйхайловскчм, Дыло й др., ее поддержйвалй менскне делегаты й делегаты от беженцев йз Зап. Белоруссйй. Далее шла несколько большая й все возраставшая группа с большевйстскчмй настроенйямч — «левое теченне» под руководством Шантыра й Фальского й, йаконец, нанболее многочйсленная гуппа правых эсеров, которую поддержйвалй крестьянскче делегаты йз Могйлевіцйны й Вчцебіцйны й во главе которой стоял Гольман, Канчер й др. Несмотря на резкче вначале расхожденчя, члены БСГ эсеры в конце концев соглэсйлйсь на декларйрованне Белоруской Демократнческой РеспублйКй. Однако сьезд не успел развйть дальше свойх работ, так как был распуіцен постановленйем Облйсполком запа. Совет сьезда (фактаческн Совет старейшйн) в значйтельной часта разьехался йз Мйнска, но его центр во главе с Воронкой полулегально продолжал работать в Мйнске, заменяя Велчкую Белорусскую раду. Я лйчно в работах сьезда прйнчмал слабое участче й попал только в чйсло кандчдатов Совета. Большее внчманйе я уделял тогда работе в ЦК БСГ. Между прочям, от чменй ЦК мы тогда велй переговоры с тов. Берсоном (совнацмен Облчскомзапа) о развйтйй белорусской культурной работы советскчмй органамй й о введенйй представнтелей БСГ в Обляскомзап. Переговоры этй результатов не далч, так как началось немецкое наступленйе й советскне органы эвакунровалйсь йз Мчнска. Момент этот был переломным в полйтнке Белорусской Соцйалйстаческой Громады й лйчно моей. Положенне было вообіце очень неопределенное й в нем было трудно орйентчроваться. Развал фронта й наступленне немцев тогда еіце очень сйльных, в связй с внутреннчм тяжелым положенчем революцчонной Россйй создавала впечатленне конца соцчальной революцйй. В перспектнве, следовательно, был выбор между буржуазной Германчей й буржузаной Россчей. Несмотря на то, что средч членов Совета далеко не все раньше орнентаровалнсь на запад, теперь весь его состав, однй(БСГ) йз нацйональных, другне (ср) йз полйтйческйх соображенйй переходйлй на германскую орнентацйю. Однако, революцнонная Россйя поддержала надвйгавшуюся опасность, а белорусскне нацчоналнсты й весь Совет вообіце оказался в лагере контрреволюцйй. Полчтака БСГ' й моя в том чйсле, повернула вправо, й партйя постепенно начала двйгаться к своему полному банкротству й развалу. Совет сьезда собравшйсь во время эвакуацнй города, прйзнал, что момент является найболее подходяіцйм для того, чтобы взять власть в свой рукч. Хотя надвнгалйсь немецкйе войска, но предполагалось, что немцы будут счйтаться с Белорусской Республйкой, как co свершйвшчмся фактом, й дадут ей ту йлй чную возможность суіцестовованйя. Был йзбран состав правнтельства—народный Секретарнат во главе с Воронкой. Нзбран был й я в качестве нар. секретаря просвяіценйя.От йзбранйя этого казалось неудобным отказываться, тем более, что фактчческй руководнл всей белорусской культурнопросвятательной работой в Мйнске. ПолйТйческую работу Секретарната ч Совета вел в то время Воронко й группа 6лйзкйх к нему людей (Езовйтов ч др. ). Власть Секретарната в Мйнске продолжалась всего около 5 дней, до вступленйя в город немцев, которые на другой же день выселйлч его йз помеіценйя, забралй кассу, показывая, что онй вообіце нй с какймч претендентамч на власть счйтаться не намерены й что, наччная от Мйнска.онй будут строчть велчкую Россйю. Таковы, по крайней мере, былй взгляды немецкого командованйя, занявшего Мйнск. Но 6ылй взгляды й более благопрнятные для белоруссов. Н потому, когда Совет начал всеже собнраться в частных помеіценйях й развертывать свою работу, ему особых препятствйй не ставчлй. Работа Совета началась с обіцеполйтеческой декларацйй, йзложенной во 2й уставной грамоте. Декларацчя эта носчла соцчалйстйческой характер, пересказывала программу Громады й прочзвела в городе благопрчятное впечатленйе, несмотря на то, что её уже формально обьявлялось о суіцествованйй Белорусской Народной Республчкй й о перейменованйй Совета сьезда в Раду Республйкч. На почве этой платформы в состав Рады вошлй русскне эсеры й меньшевйкй, в руках которых тогда еіце 6ылй земскне й городскне самоуправленйя, Бунд й др. еврейскйесоцйалйстаческйе партйй. Вхожденче йх представчтелей в состав Рады й Секретарната значйтельно подняло авторйтет этйх учрежденчй в городе ч в глазах немецкого командованйя. Однако, такое положенйе продолжалось неделю. В конце марта прнехала йз Вйльно делегацчя от тамошней Белорусской Рады во главе с Луцкевччем й др. Онй прочнформнровалн многйх работнйков БСГ о положеннй дел в Вйльне, о разлччных планах немецкйх полйтйканов относйтельно Лйтвы й зап. Белорусйй й выставчлй категорнческое требованйе об обьявленйй незавйсчмостй, чтобы йскать возможность самостоятельно выступйть на международной арене й вообіце выдвйнуть лозунг, указываюіднй конечные целч нацйонального двйженйя. В среде белорускйх членов Рады в этом отношенйй разйогласйй не было. Но переговоры с представйтелямй земств, городов, русскймй й еврейскчмй соцйалчстамй не далй результатов, онй 6ылй категорнческн протйв обьявленйя незавйСймостй, вернее, протчв отделенчя от Россйй. Тем не менее 25. 03. 1918 белорусскймч большйнством в знак протеста заявлялч о своем выходе йз Рады. 30 31 КЛІТЛ(НД ЗША Гч<оп< КЛІТЛСНД ЗША ГЧАСОПК we слоел Із агню ды ў полымя Міхась Кавыль (Быліца шаснаццатая) Калі Сечкін зматаўся, Клаша абазвалася: «А што ты надумаўся ўзрываць яшчэ, таварыш каманьдзір?»Гэтыя два апошнія словы яна выдзеліла якбы насьмешлівай інтанацыяй, нібы паўтараючы словы Сечкіна: «Мала мы зрабілі, мала». Новік не адрэагаваў на падкавырку Клашы, а прыцягнуў да сябе, сеў на пянёк і пасадзіў яе сабе на калені. Пасьля «любошчаў», Клаша атрымала з пацалункам просьбу Аляксея: «Скажы ад майго імя хлопцам, каб пазьбіралі ўсе газэты і няхай Лявончык аднясе іх на аэрадром Сечкіну, каб той распаліў імі касьцёр, калі дачакаецца самалёта. За адно няхай Сечкін прыйшле сюды Васіля.Ты, Клашуня, пайдзеш з Васілём у пасёлак Ракаў, у крайнім садзе разапнеш антэну і перадасі весткі пра правалы Менскіх падпольшчыкаў. Весткі возьмеш із гэтага «Мннскогоболыпевнка». Прозьвішчы павешаных і рассталяных ня пералічай, а дай толькі агульную колькасьць зьнішчаных. I спытай, думаюць яны прыслаць нам міны ці забыліся пра нас. Пытаньні і запярэчаньні ёсьць?» —Няма, таварыш каманьдзір... Ага, адно пытаньне: «А што сам будзеш рабіць?» —Хоць гэта ваенны сакрэт, але табе прызнаюся: пайду да бацькоў, адведаю, як яны жывуць, загляну да Віктара Лабача, можа, ён штосьці ведае пра Лізу. — А якое ты даў заданьне Лізе? —Забіць аднаго ворага народу,—зманіў Новік, не маргнуўшы вокам. Клаша падумала:«Ці не за Язэпа ён узяўся»,але ўстрымалася пытацца і пайшла выконваць «просьбу» начальніка. Ноччу Клаша і Васіль прабіраліся сьцежкамідарожкамі да пасёлку Ракаў. Селі пад кустом перадахнуць, Клаша пацікавілася: —Ты, Васіль, хіба, не беларус? —He, таварыш Пятрова, я чыстакроўны маскаль. —Чыстакроўны фашыст? —Ніколі ім ня быў. —А што цябе прымусіла разам зь беларускімі калябарантамі халуйнічаць немцам? Слова халуйнічаць задзела Васіля, але «хвост задзіраць» не асьмельваўся, бо ведаў, дзе знаходзіцца, з кім мае справу. Таму пастараўся коратка вытлумачыць, як яго занесла на фронт, а там у «мяшок», a тады ў «шталяг», дзе яго чакала «обіцая могнла», а таму ён паслухаў «лучшего друга» Язэпа Лабача і згадзіўся стаць «халуём» з тым разьлікам, каб вырвацца із пекла і далучыцца да партызанаў. —Позна надумаўся, таварыш Васіль. Але няхай. Скажы.ты даўно бачыўся з Лабачом? —А ўжо амаль два месяцы таму. А што ён Вас цікавіць? —Ды гэтаж маё першае каханьне. —А я так і падумаў пра гэта, калі Вас і ўбачыў. Язэп расказва ў мне на фроньце пра сваю вучаніцу Клашу, дачку раённага пракурора. Дарэчы, прабачце мне, таварыш Пятрова. —Называй мяне Клашай. I ня «Выкай». —Прабач мне, Клаша, але я мушу выка наць просьбу Язэпа: «Калі застанешся, Вася, жывы і вернешся дадому, пастарайся наведайся ў мястэчка ПакроваМарфінск на Тамбоўшчыне, пашукай маці Клашы, Ксе ню Дзянісаўну, і раскажы ёй... Васіль замяўся, баяўся аглушыць Клашу, як доўбней па галаве, страшнай весткай. Клаша скаланулася ад пачутага, бо здагадалася, што Васіль мусіў сказаць матцы, але ёй хацелася пачуць нешта добрае, і яна дрыжачымі вуснамі спытала: «Што ты мусіў расказаць маёй маме? » Васіль маўчаў, абдумоўваў, як лепей сказаць, каб не агаломшыць дзяўчыну, але нічога ня прыдумаў, бо смерць ёсьць смерць, яна ня мае псэўдонімаў. Пачуўшы, нарэшце, пра сьмерць бацькі, Клаша доўга плакала. Пра тое, што Пятру Міхайлавічу, бацьку Клашы, асклепак снарада трапіў у жывот, вырваў кішкі, пра тое, як ён, стоячы на каленях, трымаў у руках кішкі і клікаў: «Сястра, сястра...» ,— Васіль не сказаў. Хапіла Клашы і таго, што пачула. Яна ізноў паклялася помсьціць душагубам, уціраючы рукавом блузкі сьлёзы, сказала: «Пайшлі». Каля краняй хаты ў садку высілася стромкая ліпа. Пасёлак моцна спаў, акутаны густым туманам. У другім канцы пасёлку азваўся сабака. Васіль узабраўся на ліпу, Клаша падала яму антэну, пачакала, пакульён яе разапне, сказала Васілю ня злазіць, чакаць, пакуль яна перадасьць весткі. Васілю давялося